- У университетов своя, не очень похожая на «человеческую», хронология. Первые полвека идет становление вуза. Потом - следующий этап: появляются свои ученые, свои «звезды», направления, в которых определяется свой путь, свой «мейнстрим», университет замечают, его признают. А 50-55 лет для вуза - это период создания и созревания собственных научных школ. Это при, так сказать, естественном ходе вещей, без применения различных ускорителей и катализаторов, без создания каких-то специальных особых условий извне, - уверен ректор Тихоокеанского государственного университета, председатель Совета ректоров вузов ДФО, профессор Сергей Иванченко. - Потому что, как говорят, настоящему, естественным образом состоявшемуся университету должно быть не менее ста лет, он должен не меньше четырех поколений обучить и воспитать. Так что со строго исторической точки зрения полвека для университета - такая малость!

- Но университет - это ведь  люди!

- Безусловно и прежде всего. И с человеческой точки зрения, с точки зрения тех, кто еще студентом стоял у истоков нашего вуза, буквально с первого кирпича, и до сих пор с ним связан, - это целая жизнь. И это очень бурная, интересная, очень насыщенная жизнь. И тот потенциал, который был заложен в 1958 году, именно сейчас все полнее и полнее реализуется. Нам нельзя останавливаться. Сама тенденция к развитию была заложена предшествующими поколениями, именно к этому мы и стремимся.

Мы сегодня нередко слышим слова: «инновация», «инновационный университет»… Но, по моему глубокому убеждению, инновационность - это как раз естественное состояние университета: без этого он как организм не может жить. Новизна должна быть во всем. Каждый день - что-то новое: с этим новым преподаватель идет к студентам, это новое он получает в ответ, учится у них.

- Кстати, само название «университет» применительно к вашему вузу - относительно новое. И путь к нему был, с одной стороны, долгим, а с другой - совершенно логичным: от, скажем так, «прикладного» института до классического университета.

- Совершенно верно. В 1953 году было издано постановление Совета министров СССР о создании здесь трех институтов: инженерно-строительного, автодорожного и лесотехнического. Автодорожный изначально несколько старше двух других, к нему вскоре примкнули «строители». Затем сюда из Владивостока было переведено лесотехническое направление. Именно так всё и пошло, и три крыла в здании ТОГУ, собственно, и символизируют эти три начала. В 1962 году вуз преобразовался в политехнический институт.

Еще один судьбоносный момент для нас - 90-е годы, период очень значимых перемен. Начали появляться свои доктора наук, формироваться свои научные школы. Тогда многие вузы получили звание университетов. Происходила не просто смена вывесок, как полагают некоторые, а содержательное изменение статуса. Наш институт - возможно, некоторым авансом, с расчетом на дальнейшее развитие, но вполне обоснованно, в 1992 году становится Хабаровским государственным техническим университетом.

- Но 90-е годы имеют и печальную славу лихих…

- Да, когда были разорваны все связи (как тогда говорили: «тарифы разорвали страну»), в том числе - и академические. Мы перестали получать «подпитку» из центральных вузов России: математиков, филологов, философов, историков. Вся, так сказать, естественно-научная и гуманитарная составляющая «просела». Таких специалистов на Дальнем Востоке, по сути, за исключением Владивостока и Якутска, нигде не готовили. В основном научные школы по этим направлениям формировались благодаря специалистам из Москвы, Санкт-Петербурга, Омска, Томска, Новосибирска.

К тому же как раз закончилась программа по целевой аспирантуре, когда многие наши выпускники, пройдя через ведущие вузы страны, возвращались и начинали создавать свои научные школы. Все эти факторы заставили нас повернуться в сторону классического, в том числе и гуманитарного образования, потому что необходимо было восполнять кадры.

Нам пришлось открывать специальности «физика», «прикладная математика», а также такие, которые связаны с информационными технологиями и электроникой. Плюс ко всему - еще и экономические, философские, социологические специальности и направления и так далее. Наше учебное заведение стало многопрофильным, готовящим кадры для всего спектра потребностей региона.

- Но в связи с этим вернемся к истокам и традициям, когда вуз был политехническим. Первая ассоциация со словом «политехнический» - инженер. А сегодня это тот специалист, в котором едва ли не больше всего нуждается и вся страна в целом, и Хабаровский край в частности. А может, даже особенно он. Не случайно у нас летом прошел первый инженерный конгресс...

- Мы проанализировали программы развития нашего университета и Дальнего Востока, потребность в кадрах, перспективные отрасли, которые будут развиваться. ТОГУ на 80 процентов «покрывает» своими специальностями имеющиеся потребности. Фактически мы и готовим ребят под запросы территории. Можно сказать, что предлагаемые университетом специальности теснейшим образом увязаны с экономикой Дальнего Востока вообще и Хабаровского края в частности.

Возникает перспектива появления новой отрасли - тут же появляется соответствующая специальность. Да и развитие уже существующих отраслей тоже происходит на новом, высокотехнологическом фундаменте, требующем модернизации в подготовке специалистов. Ведь мы ведем речь о таких сферах, как космос, авиация, транспорт, логистика, нефтегазовый комплекс, современная переработка природных ресурсов… От нас это требует серьезных материальных затрат, но ни одну специальность мы не закрыли, мы их развиваем в соответствии с вызовами времени.

Мы вообще стараемся, что называется, держать руку на пульсе. Снижается потребность в тех или иных специалистах - мы несколько уменьшаем набор. Повышается спрос - мы готовы в любой момент принимать больше студентов, вкладывать дополнительные средства в развитие обучения по той или иной специальности, востребованной экономикой.

Возможны очень интересные «сценарии». Взять, к примеру, то же литейное производство: литейщиков готовят только в ТОГУ. Казалось бы, главный «потребитель» этих кадров, «Амурметалл», переживает не лучшие времена, сейчас это предприятие - банкрот, но потребность в литейщиках сохранилась, она просто трансформировалась. И мы развиваем вторую специальность - «Технология художественной обработки материалов», ребята ее заканчивают - и их с удовольствием принимают на ювелирных производствах, без работы никто не остается.
Или, скажем, специальности лесной, автомобильной, транспортной направленности - мы здесь тоже главные на Дальнем Востоке, долго были вообще единственными. Дорожное строительство - в подготовке по этому направлению мы вообще единственные в регионе. У нас очень сильная архитектурная школа, и хотя в других университетах тоже открываются соответствующие специальности, именно авторитет ТОГУ очень высок.

Нынешняя наборная абитуриентская кампания показала, что именно на фундаментальные науки у нас был очень высокий проходной балл: ребята пришли учиться к нам физике, математике. Это о чем-то, безусловно, говорит, какой-то поворот произошел именно в эту сторону.
- Но ведь при этом и конкуренция здесь достаточно высока. Рядом и Дальневосточный федеральный университет «подпирает», и Китай со своим достаточно качественным образованием…

- Конкуренция действительно очень жесткая. Мы видим, как развивается ДВФУ, туда вкладываются большие средства. Я слежу за статистикой набора и вижу, что туда идет серьезный приток студентов с других территорий, это почувствовал не только наш вуз. Нам здесь нужна четко выстроенная собственная внутренняя политика. Федеральный университет все-таки создавался с другими целями, он не может и не должен быть «всеядным» и «плотоядным»: принимать всех и готовить специалистов для всех сфер и направлений.

Его основная задача - предложить высокий уровень магистратуры и последующей аспирантуры, вот в этом он должен быть «головным» учебным заведением. А кроме него должна быть сформирована сеть так называемых региональных опорных вузов - таких, как наш, и просто университетов с менее амбициозными задачами. Наша цель как такого регионального университета - готовить специалистов для региона по востребованным направлениям, в которых мы традиционно более сильны. Думаю, в ближайшей перспективе такая структура выстроится и каждый вуз будет решать свои задачи.

Это еще и экономический вопрос: невозможно все вузы финансировать одинаково. Нужно иметь базовый и региональные центры. К этому мы, надеюсь, придем.

Что касается китайских университетов, то нельзя не признать, что они сейчас очень активно развиваются. Я слежу за так называемым Шанхайским рейтингом, и те вузы, которые когда-то учились у нас, уже входят в топ-200 этого рейтинга. Конечно, и там существуют свои проблемы, китайские коллеги о них знают.

Наши ребята едут туда учиться, в основном, уже в магистратуру, уже получив в ТОГУ степень бакалавра. И это, в основном, направления, связанные с языком, с информационными технологиями. Обучение там идет полностью на бюджетной основе. Но и оттуда приезжают к нам.
Это очень большая так называемая приграничная программа. Следующие два года - 2014 и 2015 - годы молодежных обменов между Китаем и Россией. А вообще до 2020 года стоит задача осуществить 100 тысяч обменов между вузами наших стран. Полагаю, что большая часть будет отдана дальневосточным университетам.

24 октября в Харбине будет проходить заседание исполнительного совета вузов Дальнего Востока, Сибири и северо-восточных провинций Китая. Одним из вопросов встречи будет как раз академическая мобильность и обменные программы. Нам предстоит определиться с учебными планами, финансовыми вопросами (на каких условиях ребята будут учиться) и с системой перезачетов (как засчитывать студентам те дисциплины, за которые они уже отчитались дома).

Все понимают важность обменных программ. И когда есть академическая мобильность, то молодой человек или девушка может поехать в Китай и, скажем, изучать там язык, при этом оставаясь студентом своего университета, а потом вернуться, защитить диплом, получив к тому же дополнительные знания и навыки, которые повысят его «цену» как специалиста. Новый федеральный закон об образовании позволяет нам выстроить новые траектории.

Кроме Китая на рынке образования начинает активно работать Япония. Там пока около 30 вузов сделали англоязычные программы обучения. Кстати, и нам это тоже предстоит сделать - для преодоления языкового барьера.

- Вы говорите о том, как меняются вузы, отвечая на вызовы времени. А как меняются сами студенты? Какого студента сегодня ждут в таком университете, как ТОГУ?

- Сегодня из школы к нам приходят совсем другие дети. Пройдет два-три года, и мы увидим полностью «оцифрованного» человека, у него уже «цифра» в голове, он по-другому воспринимает информацию. И сложности больше не у них, а у наших преподавателей, потому что им надо учиться говорить с современной молодежью на одном языке, менять методики преподавания. Уже не должны, как раньше, лаборанты раздавать перед занятием и собирать после него методички и прочий учебный материал в традиционном бумажном виде. Достаточно повесить в вузе информационное «облако», из которого студент сам возьмет всё необходимое.

Да, мы в нашем университете выдаем студентам ноутбуки, но теперь задача - создание над каждой кафедрой вот таких информационных «облаков», в которых есть все необходимое: и учебный план, и рабочие программы, и лекционный материал, презентации. Чтобы студент шел на лекцию уже подготовленным.

Да и само понятие лекции должно меняться: это не готовое блюдо, а то, что подвигнет студента к дальнейшему получению информации, знаний. Университет должен научить искусству учиться всю жизнь. Это раньше было мало литературы и иной возможности доступа к ней, как материал, преподнесенный преподавателем, не было. Сегодня преподаватель должен становиться эдаким лоцманом, задавать направление, контролировать, и студенту нужно не просто пассивно получать знания, а уметь заниматься самообразованием. Мы должны создавать для этого условия. Поменять технологию и психологию преподавания сложно, но необходимо, хотя меня за это порой критикуют.

Сложности такого рода - не только у нас. На старых методиках университетам не выжить. Мы переживаем «революцию» в образовании - информационную. Ведь посмотрите, на что пошли самые авторитетные университеты мира - Гарвард, Оксфорд, Массачусетский технологический? Они формируют электронные курсы для дистанционного обучения через свои сайты. Там можно зарегистрироваться, выбрать несколько учебных курсов, проучиться самостоятельно и получить соответствующий сертификат! Кстати, больше миллиона обучающихся там дистанционно - из России.

- Интересно: я спросила о требованиях к студентам, а вы заговорили о требованиях к преподавателю - к профессору, доктору наук, который тоже, оказывается, должен учиться, в том числе и у студентов…

- Так и есть. Мы должны учиться всю жизнь. Исходя из того, как развивается мир, должна перестраиваться и система образования. Я не соглашусь с тем, что мы якобы губим образование. Да, в 50-е годы мы попали «в яблочко», «заточив» образование под оборонку, под космос. Тогда это было востребовано, наш опыт интересовал и европейцев, и американцев. Сегодня другое время и другие вызовы, их надо чутко и быстро улавливать. И это тоже целая наука. Нужно учиться.

- Так сколько же это для университета - 55 лет?

- Трудный вопрос… Да, у нас выросли целые научные школы. Да, у нас сложились достойные традиции. Пожалуй, университет вообще должен оставаться молодым всегда - и в 55, и в 100 лет. И каждый преподаватель в душе не может не оставаться студентом - иначе как он будет с молодежью работать?

Беседовала
Марина Семченко.