В департаменте природных ресурсов по Дальневосточному региону подведены печальные итоги прошедших пожаров. С мая по октябрь на территории Хабаровского края их было зафиксировано 856 на площади более чем 146 тысяч гектаров. Всего выгорело 38 тысяч гектаров леса, все остальное пришлось на болота и торфяники. Самый печальный их итог в том, что они застали врасплох авиационную базу охраны лесов, управление лесной службы, лесхозы, и только благодаря чрезвычайным усилиям огонь на этот раз обошел стороной населенные пункты.
О том, что самолеты в первые дни не могли подняться в воздух из-за отсутствия бензина, а так необходимых бульдозеров не оказалось в местах распространения очагов возгорания, уже сообщалось СМИ. Назывались и причины безуспешной борьбы с огнем - из Минприроды на пожары уже в течение нескольких лет не выделялось ни копейки. Деньги пришли только после неоднократных телефонограмм о помощи, направленных в адрес президента, правительства и Минприроды. Но было уже поздно. Лесные массивы объял огонь. На этот раз он не пощадил и Большехехцирский заповедник, тут выгорело 3,5 тысячи гектаров.
Хабаровск за три недели октября пережил настоящий угарный синдром. Уповать, как всегда, пришлось на небесную канцелярию.
Появившийся в самый разгар стихийного бедствия из Москвы с инспекторской проверкой зам. министра МПР Юрий Кукуев обвинил в поджогах население Хабаровского края и призвал администрации городов и поселков самим тушить пожары на местах, попеняв им на то, что они самоустранились от этого дела.
На вопрос о том, будет ли меняться политика центра в отношении пожароопасных территорий, которые с регулярностью раз в два года выгорают дотла, он ответил, что сегодня горит вся Россия, и никакой федеральный бюджет не в состоянии покрыть чью-то преступную халатность и беспечность. И вообще, пожары легче предупредить, чем гасить. Что нужно нести пропаганду в массы, заниматься их профилактикой.
Прав ли был Ю. Кукуев, почему мы опять погорели, кто виноват и что нам делать на наших пепелищах - посыпать ли головы пеплом или готовиться к новым чрезвычайным ситуациям, - на эти вопросы ответил Владимир Коломыцев, заместитель руководителя департамента природных ресурсов по ДВ региону.
- Посыпать головы пеплом не надо, - говорит он, - леса на Дальнем Востоке горели и раньше. Так уж получается, что выгорает больше, чем вырубается. На тушение просто нет денег. С некоторых пор мы их получаем по факту затрат. Когда все сгорит, зальет и затопит - тогда мы занимаемся лесовосстановлением, строим дамбы. Если в советское время нам на защиту одного лесного гектара перечисляли 12 копеек, то сейчас - всего две. А в Америке на каждый гектар - 30 долларов. Из пятнадцати миллионов федерального долга нам вернули всего семь с половиной. Сегодня мы по-прежнему должны авиаторам, военным, МЧС...
Хотя в чем-то прав и заместитель природоохранного министра. Чрезвычайную ситуацию вызывают сами люди. Совершая облеты еще не пройденных пожарами территорий, Владимир Коломыцев наблюдал, как в разных местах пускались красные «петухи», практически во всех районах края задерживались взрослые и дети, которые выжигали сельхозугодья и ягодники. Половина всех нынешних возгораний произошла из-за бесхозяйственности военных чинов и гражданских лиц, которые не опахивают и не отжигают свои заросшие травой земли. А если такие попытки делаются, то палы вспыхивают с такой силой, что угрожают лесным угодьям. Примеры тому - огонь вокруг складов с боеприпасами возле Чегдомына весной этого года и возле Анастасьевки - в сентябре. По вине железнодорожников, не приведших в порядок свои полосы отвода возле рельсовых путей, возникло 44 очага. Горят сельхоз-угодья, а глава муниципалитета вместо того, чтобы потушить их своими силами (безработные по улицам поселка слоняются), вызывает бригаду пожарных из района, надеясь «зачистить» их за чужой счет.
Во время последних пожаров были задержаны 1700 нарушителей, возбуждено семь уголовных дел, но только одно из них направлено в суд. В департаменте, кстати, так и не смогли припомнить ни одного случая, чтобы поджигатель сел за решетку. Какой бы ущерб не был нанесен, чаще всего виновники отделываются восемью (?!) рублями штрафа. По мнению Владимира Коломыцева, подобная «снисходительность» вызвана, в первую очередь, несовершенством нашего законодательства. Если в Китае, к примеру, за сгоревшую палку или за нахождение в лесу со спичками предусмотрено суровое наказание, то в России мы только пока занимаемся тем, что увещеваем поджигателей.
Проблема еще и в том: кто будет их ловить и тушить лесные пожары? С момента упразднения некогда самостоятельной федеральной службы лесного хозяйства и с передачей ее Минприроде лесная охрана сокращена наполовину, а сами лесные пожарные который год не получают необходимого финансирования. Правовой их статус не определен. Зарплата - 200-400 рублей, о снаряжении можно только мечтать. Выехать в лес не на чем. КПП и наблюдательные вышки отпугивают только ворон, а не злоумышленников. Изношенность техники в лесхозах катастрофическая. Чтобы подготовиться к очередному пожароопасному сезону, необходимы бульдозеры и тягачи с трейлерами. В самый пожарный сезон они перебрасываются из северных территорий в южные. С лопатой и опрыскивателями пятидесятых годов тайгу не потушишь. Реорганизация прошла, но порядка больше не стало. Правда, природоохранных чиновников заметно прибавилось. А заявленная департаментом природных ресурсов управляемость всех структур и ведомств оборачивается тем, что со стихийными бедствиями мы по-прежнему боремся всем миром. Если бы не помощь военных, курсантов, МЧС, то ситуация с огнем вблизи поселков могла стать неуправляемой.
Почему все же горел Большехехцирский заповедник? На этот вопрос его директор Сергей Спиридонов показал мне обращения к председателю краевой думы Виктору Озерову и другим ответственным лицам, где просил их о выделении бюджетных средств на ликвидацию пожаров. Рассказал о пяти миллионах долларов американского гранта, которые должны повысить эффективность борьбы с пожарами в заповедниках. О том, что на эти деньги можно построить пожарную станцию в поселке Корфовский, чтобы не гонять машины из Хабаровска. Говорил и о не подвластной человеку стихии - шквальном ветре, который перенес огонь с сельхозугодий бывшего Черняевского совхоза на лес.
Неужели нам по-прежнему придется уповать на милость природы? Будем ли мы готовы по-настоящему к очередным чрезвычайным ситуациям? На эти вопросы ответа в департаменте пока так и не дано.
Александр САВЧЕНКО.
Количество показов: 445