Чуден Чегдомын при тихой погоде... В золотые осенние дни даже угрюмый район шурфов за поселком преображается необычайно. Шурфы - глубокие, иногда до тридцати метров глубиной ямы, нарытые геологоразведчиками в поисках месторождений угля. «Отработанные» ямы по обыкновению засыпают шлаком так, что получаются небольшие «холмы». Слава о шурфах идет недобрая: много лет назад в завалах нашли прикопанным труп местного жителя. И вот опять ЧП.
3 сентября житель поселка Олимпийский Эдуард Гаев отправился в район шурфов по грибы. И в кустах обнаружил тело мальчика, все в крови. Даже лицо подростка было искромсано ножом. Грибник, сломя голову, бросился домой: звонить в милицию и в «Скорую помощь». Оперативники, прибыв на место, первым делом обшарили карманы убитого. Нашли проездной билет на имя учащегося шестого класса Романа Фоменко. (Фамилии подростков - участников кровавой драмы в интересах следствия изменены.).
В Олимпийском все друг друга знают. Участки под застройку домов в середине 80-х годов здесь получали только работники шахты. Будущих новоселов специально переводили на время строительства в РСУ. Олимпийским поселок назвали в честь Олимпиады, проходившей тогда в Москве. Вот и дети, родившиеся здесь, как будто оправдывая название, прямо-таки массово тянулись к спорту. Ромка Фоменко и его закадычный дружок Женя Турляй занимались во внешкольном центре боксом и каратэ.
«Это не Роман», - Эдуард Баев даже отправился вслед за милиционерами к дому, где жили Ромкины родные. Был почти уверен: кошелек у Романа, скорее всего, где-нибудь «свистнули». Мальчишки это подтвердят.
Ни Романа, ни Жени дома не оказалось. Родители обоих мальчиков сказали, что накануне, в половине девятого вечера они отпросились погулять. Сказали, что идут к Васильевым: «приспичило» о чем-то переговорить с их 17-летним Сашкой. Ушли и не вернулись.
К Васильевым милиционеры отправились в тягостном предчувствии: не дай бог, и их парень пропал... Саша был дома. Объяснил, что мальчишки вечером заходили, «потрепались» и ушли. Больше он их не видел.
Стали прочесывать район шурфов. Метрах в пятидесяти от первой находки наткнулись на второй труп. Так и есть - 14-летний Женя Турляй, убит ножом в спину. Кому помешали два подростка? Быть может, они стали свидетелями какого-то преступления, и некто «подчистил» за собой «хвосты»? Но что-то подсказывало следователям: убийцу надо искать среди подрост-ков.
Последним, кто видел ребят, был Саша Васильев. Алиби у него не оказалось: пока Васильевы вечером парились в бане, Саша отсутствовал. Вернулся в начале двенадцатого. Поэтому 5 сентября Сашу арестовали по подозрению в убийстве. Увели прямо из школы. Одноклассники и учительница недоуменно провожали милиционеров взглядами: как можно подозревать в таком чудовищном злодеянии Сашу? Доброго, внимательного, спокойного, воспитанного, уравновешенного подростка. Одноклассники называли его Сфинксом. «Мы еще шутили: «Сашка, а если бы бомба рядом взорвалась, ты бы вздрогнул?» - вспоминают одноклассницы. - Чтобы вывести его из себя, надо было очень постараться! До сих пор это никому не удавалось».
Никто тогда не сомневался - произошла ошибка, настоящего убийцу найдут, и Саша снова сядет за парту.
Следователи тоже сначала не верили, что парень мог обойтись в таком кровавом деле без соучастников. Погибшие были младше его. Но в сравнении с Женей Турляем Васильев выглядел как субтильная барышня. Родственники погибших до сих пор считают, что Саша взял на себя чужую вину: «Наш Женька бы его завалил одним ударом. И даже если у него был нож, неужели бы они стояли и смотрели, как он их убивает? Их ведь было двое, а он один...».
Когда через пару дней задержали Cашиного брата - 27-летнего Андрея Васильева, родственники Фоменко и Турляй перестали костерить милицию: следствие, по их мнению, пошло в правильном направлении. Но затем пришла очередь Сашиного отца. Из следственного изолятора Владимир Ефимович вернулся домой через три дня: руки тряслись, речь нарушилась. Острое психическое расстройство - такой диагноз поставили врачи. «В такой ситуации немудрено и окончательно спятить. Сашка оговорил родного отца». В «Ургалугле», где Владимир Васильев много лет работает машинистом экскаватора, даже намеревались отправить своего представителя, «чтоб разъяснил там, в милиции, что за человек Ефимович!». Но узнав, что дело контролирует не только краевая прокуратура, но и окружная, успокоились: «Разберутся».
Разбираться пришлось долго. Сначала Саша заявил, что убивал мальчишек вместе с братом. Узнав, что брат сидит в соседней камере, назвал сообщником отца. Потом также спокойно написал признание, что убивал Романа и Женю один. Показал место, где все случилось. Проведенный следственный эксперимент не оставил сомнений: месторасположение ножевых ранений на телах убитых совпадает с показаниями Васильева. Нож, как он и указал, нашли в бане, в яме для стока воды.
За что? Саша Васильев объяснил, что Фоменко и Турляй вымогали у него деньги. Поставили «на счетчик» и каждый день угрожали: «За нами «общак», не заплатишь - выйдет дороже». Началось все в июне - с требования заплатить 50 рублей. Потом друзья-спортсмены уехали в летний лагерь на две смены. Когда вернулись, предъявили к оплате уже 900 рублей.
В воскресенье, 2 сентября, Васильевы, как и большинство олимпийцев, копали картошку. Саньку после обеда подрядили топить баню. На нем вообще лежала основная масса хозяйских забот: отвести и привести 4-летнюю племянницу из детского сада, купить продукты, «погасить» коммунальные платежи. Пока держали коров, он и коров доил. С олимпийскими ребятами из-за занятости почти не тусовался.
К осени Саша решил взяться за ум, приналечь на учебу и в особенности на правоведение. После школы надумал поступать на юридический. На семейном совете подсчитали, что зарплаты отца-экскаваторщика и брата-бульдозериста хватит на то, чтобы вывести Сашку в люди. Деньги - не проблема.
Турляй и Фоменко знали, что Саше доверяют распоряжаться семейным бюджетом. Что произошло между мальчишками в тот вечер, доподлинно неизвестно. Из показаний Саши картина вырисовывалась такая: Турляй и Фоменко назначили ему встречу в районе шурфов. Туда он и принес 400 рублей. Отдал и сказал, что больше они от него денег не увидят. Турляй и Фоменко требовали, чтоб он принес остаток - 500 рублей. Женя стал угрожать ему ножом. Завязалась драка, его полоснули ножом по ноге. Нож он сумел выхватить и ударил им Женю. Роман попытался ударить его камнем по голове, и тогда он стал бить ножом Романа.
В состоянии аффекта Саша, видимо, пребывал и тогда, когда отводил истекающего кровью Женю в сторону от кричащего в предсмертной агонии Романа. Этим он попытался объяснить то, что трупы нашли в разных местах. Не хотел, мол, чтобы мальчишки умирали друг у друга на глазах.
Хоронил мальчишек весь Олимпийский. Гроб с телом Романа несли бритоголовые молодые люди в кожаных куртках - товарищи старшего брата, 27-летнего Виктора Фоменко. Женькин гроб несли одноклассники. Девчонки хором плакали. Классный руководитель Жени спустя месяц скажет корреспонденту: «Турляй, конечно, доставлял много хлопот. Грубил, пропускал занятия. Затравил одного из школьников настолько, что мальчик отказался ходить в школу. Были жалобы от родителей других учеников, что Женя вымогает деньги. Но, как во всяком ребенке, было в нем и хорошее. Так и осталось во мне это двойственное чувство...».
Двойственное чувство, пожалуй, осталось у всех, кто знал погибших. Мальчишки были неплохие, но ближайшее окружение, можно сказать, уже выстроило вектор их судьбы.
В доме Турляй к встрече с журналистом не были готовы. Из-под стола спешно убрали эстакаду бутылок из-под водки. Отца я так и не увидела - сон пьяного беспробуден. Двоюродная сестра Жени только что вернулась из заключения. Срок отбывала за кражу. Родная сестра стояла на учете в инспекции по делам несовершеннолетних за употребление наркотиков.
У соседей тот же «коленкор». Мать Романа привлекалась к уголовной ответственности за кражу. «Пустяковую кражу», как расценивают в Олимпийском. Подумаешь, украла у соседей бутылку водки и тапки! Зато на счету брата - пять уголовных статей: две - за кражи, три - за вымогательство. Виктор вышел из колонии больше года назад, успел жениться и обзавестись первенцем, но на работу до сих пор не устроился. В Олимпийском все сходятся в общем мнении - к вымогательству Ромку с Женей подтолкнул Виктор.
- Подумайте сами: никто в семье не работает. На что живут?
Пожалуй, один Виктор был в курсе того, что между троицей - Саша, Роман и Женя - назревает конфликтная ситуация.
- Однажды я слышал, как Ромка «напрягал» Васильева насчет денег. Но мне он объяснил, что тот должен им за медь, которую они вместе сдавали в пункт приема цветмета.
- А вам не рассказали, что летом за каждым приемным пунктом («дживухой», как эти пацаны говорят) были закреплены свои «кассиры» из числа малолеток? - спросил меня пожилой приемщик металла. - И что часть дохода от металлолома малолетки сдавали на «общак»?
Однако в районной прокуратуре меня заверили, что «общака» как организованного преступного сообщества в Чегдомыне нет. В Новом Ургале есть. А в Чегдомыне подростки только играют в «общак», набивая себе цену.
Не знаю, стоял ли кто за Ромкой и Женей, когда они шли с ножом на встречу с Васильевым. Вопросов возникает много. Почему Саша Васильев, оказавшись в критической ситуации, не обратился за помощью к брату, которому поверял все секреты? Старший брат полагает, что причиной тому все те же «общаковские правила». И, наверное, Саша боялся, что его начнут унижать за то, что не смог решить проблемы самостоятельно.
Убийство мальчишек наделало много шуму в поселке. Проблема школьного рэкета в Чегдомыне стоит так же остро, как и в любом другом крупном населенном пункте. И иные родители грешным делом поговаривают: может быть, это страшное ЧП отобьет у прочих малолетних вымогателей охоту к сбору дани на «общак».
Прокурор Верхнебуреинского района Марс Муратбакиев в интервью местной газете «Рабочее слово» метко назвал «свой» район «жестоким регионом», отметив рост числа тяжких преступлений и преступлений, совершенных криминальными сообществами. В нынешнем году в отношении членов известной новоургальской группировки «Спортсмены» возбуждено и расследуется три уголовных дела. Столько же уголовных дел находится на рассмотрении в суде. И наивно верить, что спортивная молодежь Чегдомына осталась в стороне от общих криминальных тенденций.
Не секрет, что пресловутая программа «грева» заключенных в тюрьмах и колониях во многом держится на детях. На переменах, в школьных туалетах, на задворках школ и спортплощадок малолетние порученцы и «кассиры» ведут свою разъяснительную работу. Подросткам легче откупиться, чем иметь проблемы с теми, кто исповедует жизнь «по понятиям». Те же, кто пытается сопротивляться, редко находят поддержку среди сверстников, потому что детей уже изуродовали страхом, привили «уважение» к «цеховой солидарности».
Саша Васильев избавился от вымогателей страшным методом. И убийство это получило в поселке широкую огласку именно потому, что наболело... В школе №6 все еще надеются на то, что суд накажет его не слишком сурово.
Ирина МАШНОВА.
Количество показов: 706