Эту почту я обычно складываю в желтую папку с надписью «БСИ», что означает «беспросветные истории». Алименты как раз из этой серии. Если бессильны оказались милиция и суд, чем может помочь журналист в ситуации, когда родитель «бегает» от алиментов? Пойти и прочитать злостному неплательщику лекцию о безответственности и отсутствии чувства долга? Ему это как мертвому припарка. А ведь есть в желтой папке истории, воистину «леденящие кровь».
Наповал сразил, к примеру, рассказ нашей читательницы Н. Швец о судьбе Натальи Левченко (фамилия по этическим соображениям изменена). «Рождаемость падает, в Госдуме всерьез обсуждают проблему, как «заставить» женщин рожать, - написала нам Наталья. - Но кто будет рожать, когда государство бессильно даже в малом - не способно заставить родителей заботиться о детях. Отцы не платят алиментов, но «преступлением» это не считается! Убил, обокрал - это преступление... Но разве государство признало себя соответчиком, когда судило мою знакомую за убийство мужа-алиментщика? Подлец оставил ее с больной дочерью без поддержки, хотя после развода устроил свою жизнь наилучшим образом».
Бескровное убийство
Бескровное убийство
Мистификацию за откровениями Натальи Левченко разгадать было сложно. На визит журналиста она отреагировала спокойно: «Все правда. В 1997 году я убила бывшего мужа. Ударила несколько раз ножом в грудь на лестничной клетке, куда вызвала для разговора. И не жалею о том, что сделала.
Ради новой пассии он оставил меня с 8-летней дочерью, больной детским церебральным параличом. Жили на пенсию по инвалидности. Работать я не могла: за девочкой нужен был постоянный уход. Бывший муж разъезжал на джипе, купил квартиру в центре города. У него был собственный бизнес - фирма по продаже компьютерной техники. Причем помещение под офис и магазин Левченко приобрел еще в браке со мной. Но к моменту, когда я подала на алименты, все было переоформлено на его сожительницу. Хитро распределили и роли: она значилась генеральным директором фирмы, а супруг состоял там... вахтером. Понятно, что и алименты платил «вахтерские» - 67 рублей.
Я прошла через унижение: просила, плакала... А он отвечал, что виновата сама. Надо, мол, было сходить в генетическую консультацию, чтобы не рожать уродов!
Скоро я поняла, что по закону ничего сделать не могу. Судебные приставы мне объяснили: «Если у него совесть не проснется, мы бессильны... Официально он - вахтер, а не предприниматель... Собственности, чтобы обратить на нее взыскание, у него нет. Даже джип водит по доверенности».
Чаша отчаяния переполнилась, когда я узнала, что «вахтер» вернулся из туристической поездки в Египет. У меня как раз Катюша обварилась кипятком: пыталась в мое отсутствие налить себе чай. Я взяла нож и пошла его убивать...»
Наталья подробно рассказала, как ее судили (даже назвала фамилию судьи) и дали «условно». Учли, что ребенок-инвалид, и то, что преступление совершила в состоянии аффекта, под влиянием жизненных трудностей. Но в суде, куда я обратилась за комментарием, никто не смог припомнить такого уголовного дела - «убийства из-за алиментов». Соседи Натальи Левченко удивились не меньше: «Бред какой-то... Да она и мухи не обидит».
И только психиатры, к которым я обратилась, подтвердили: «Да, убила... мысленно. Левченко столько раз рисовала себе картину мести, что мозговой центр включил предохранители: выдал желаемое за действительное. И это, можно сказать, ее спасло. Потому что перевесило суицидные настроения. С мыслью, что она убила бывшего мужа, она живет без надрыва».
Алиментщик тоже хочет жить
Алиментщик тоже хочет жить
Сойти с ума от безнадеги нынче вполне возможно. Беглецов от алиментов в нашей стране хватало даже во времена всеобщей социалистической занятости. Но тогда на неплательщиков была управа: их разыскивали, привлекали к уголовной ответственности, «кровные детские» высчитывали из зарплаты.
Сегодня многие женщины действительно оказались на грани отчаяния. Армия «злостных алиментщиков» множится год от года. Основные две причины - мужская инфантильность и низкий уровень жизни. Одно дело, когда бизнесмен отказывается заботиться о собственном ребенке... Другое дело - бывший папаша, который «прозрел»: выживать легче в одиночку.
Что с того, что закон в нашей стране обязывает обоих супругов заботиться о детях, если лазеек обойти его сколько угодно. Одну из них мы уже описали. Это метод «алиментов по ведомости», практикуемый в частных предприятиях, где отношения зачастую строятся на принципах «черного нала».
Вторая лазейка - неофициальный заработок. Пример такого «семьянина» опять-таки сыскался в «желтой папке». Вот что написала нам Клавдия Духина из поселка Смидовичи ЕАО.
«Уже больше трех лет моя дочь Валентина Серегина не может добиться алиментов от бывшего мужа, который уехал в Хабаровск, живет у родителей без прописки, работает на хлебозаводе. Родители покрывают сына: говорят судебным приставам, когда те приходят, что вернулся в семью. Приставы верят.
Неужели и в самом деле невозможно отыскать алиментщика и взыскать с него долг перед детьми?».
Вот мы самонадеянно и решили разобраться без посторонней помощи, насколько трудно найти алиментщика и его нелегальный заработок.
Для начала получили в справочном бюро список предприятий, которые выпекают хлеб. Работник по фамилии Серегин сыскался в ООО «Приамурское». Однако нас ждало разочарование: пекарь уволился еще в феврале прошлого года. Что было делать дальше? Человека, живущего без прописки, найти в Хабаровске так же сложно, как иголку в стоге сена.
Тогда мы воспользовались путеводной нитью, имеющейся у судебных приставов Центрального района города Хабаровска, и отправились в поселок Березовка. Серегины скрывать не стали: у Алексея новая жена, безработная. Сам колымит на оптовой торговой базе грузчиком. В день зарабатывает 100 рублей. Три тысячи в месяц, если без выходных.1300 рублей «уходит» на коммунальные платежи и аренду квартиры. Из ООО «Приамурское» Алексей уволился, потому что получил за месяц работы... три рубля. Все высчитали в счет трехлетней задолженности по алиментам. А на что самим жить, если платить алименты? Потому и ушел в грузчики: этот заработок никакие приставы проконтролировать не могут.
Вот она, психология алиментщика: самому надо жить! Будто его жене и детям жить не надо! И никто отца семейства легально трудиться не заставит. Пойдут по проторенному пути. Если сведений о доходах должника нет, суд назначает размер алиментов, исходя из уровня среднемесячной зарплаты по России. Обычно третью или четвертую часть ее. (По сведениям Госкомстата, в 2000 году среднероссийский заработок составлял 2125 рублей 42 копейки. «Четвертинка», таким образом, тянет на 531 рубль с копейками.) И будет задолженность алиментщика копиться в течение трех лет. После чего ее «спишут». Либо не «спишут», если должник находился в розыске. Серегина «со счетчика» пока не сняли. Но что толку?
И били женщины в набат, и в воздух чепчики бросали...
И били женщины в набат, и в воздух чепчики бросали...
Розыск алиментщика - дело не простое. Но как нас заверили в паспортно-визовой службе УВД края, 80 процентов алиментщиков милиция находит. Остальные 20 процентов - люди, которые обходятся без документов: бичи, бомжи и... «лица, выехавшие за границу».
В идеале для алиментщика, находящегося в розыске, кордоны закрыты. ПВС не выдаст визы на въезд в другую страну, если в паспорте у гражданина стоит «метка» злостного алиментщика (условная судимость). Попросят сначала рассчитаться. Но не всегда матери настаивают на розыске бывших супругов. Иной раз даже благословляют их на отъезд...
В 1994 году Еврейская автономная область узнала, что такое «бабий бунт». В Биробиджане тогда шумно митинговала женская общественная организация под названием «Набат». Женщины выдвигали «политические требования» правительству: либо верните на родные просторы мужей-предателей, либо добейтесь от Израиля, чтобы там считались с российскими законами.
Не на ПМЖ, а только побывать на земле обетованной отпрашивались у жен еврейские мужчины. Уезжали по туристическим визам и не возвращались. Вся «глубина» такого предательства была в том, что отцы оставляли не только жен, но детей... без алиментов.
Впрочем, ничегошеньки дамы из «Набата» не добились. Израиль отказался подписать с Россией Конвенцию по правовой помощи иностранным государствам. Не пришли к соглашению с Россией в этом вопросе и другие страны - укрыватели алиментщиков: Литва, Польша, Болгария... Сегодня российские «депеши» на беспрецедентное взыскание от Минюста принимают лишь страны СНГ. Но и здесь, как в Израиле, есть свои «стены плача».
К примеру, Казахстан, Таджикистан и Туркменистан алиментщиков не жалуют. Зато Украина смотрит на них сквозь пальцы. Своя рубашка ближе к телу, коль детки «москали»... «Со скрипом» сотрудничают с Минюстом Азербайджан, Молдова, Грузия.
Новый статус брачного альфонса
Не все так плохо в родном Отечестве, как кажется на первый взгляд. Подтвердил это наш своеобразный «социологический опрос». Мы обошли 14 «хрущевок» в Южном микрорайоне, чтобы установить примерный процент матерей, получающих алименты. Многие отцы производили впечатление вполне ответственных и порядочных, а их жены говорили, что вышли замуж по любви. В семи семьях женщины признались, что сохраняют брак потому, что жить стало тяжело, а в случае расторжения уз Гименея не гарантировано участие отца в воспитании детей. В трех семьях из 122 отношения супругов строились по принципу «брачного альфонизма». Это несколько иной статус «мужчины на содержании», чем принято считать. Мужчина утверждает, что не может найти работу, и при этом живет за счет жены и тещи. Жена не уходит от такого мужа не столько из-за страха одиночества, сколько оттого, что алиментов от него не будет. А так он сидит с ребенком, пока она на работе - няня дороже.
Треть всех опрошенных составили матери, растящие детей в одиночестве. Среди них мы выделили тех, кто получает неплохие алименты (600 рублей и выше), вдовы, которым гарантирована пенсия. «Разведенки» оказались самой незащищенной категорией матерей. Большинство опрошенных рассказали, что получают смехотворные алименты: 87 - 100 рублей в месяц. Рекорд - 10 рублей. Но познакомились мы и с отцом, который при разводе оставил детей у себя. Женщины, как правило, не платят алиментов, и одинокий отец, лишенный помощи со стороны, оказывается в положении таком же незавидном, как многие разведенные женщины.
Встретилась нам и категория обиженных детей, у которых отцы в заключении. Их матерям даже не выплачивается пособие для одиночек. Кого, спрашивается, наказали: преступника или детей, которых у него двое, трое?
Пожалуй, семейное законодательство в нашей стране давно уже «созрело» для ревизии. Но как к ней подступиться конкретно, не знает никто. Идеи в воздухе витают...
Почти все местные специалисты в области семейного права посчитали «бредовой» идею директора филиала «Российского научного центра местного самоуправления» Нины Поличка, которая через СМИ будировала такой вариант: сэкономить на детских садах, группах продленного дня, «детских больничных»... Предоставить женщинам пособие в пределах средней заработной платы, чтобы они могли выбирать: работа или воспитание ребенка. Многие россиянки, по ее прогнозу, предпочли бы оплачиваемый труд матери. Дети стали бы меньше болеть, были бы ухожены и присмотрены. Мужчины заняли бы освободившиеся рабочие места. Проблема алиментов утратила бы остроту.
На такие подвиги и траты никто, конечно, не пойдет. Уже потому, что это означает подрыв экономики страны. Да и нереально это - на две тысячи рублей воспитать ребенка... с отрывом от производства. Перемен на «семейном фронте» в ближайшее время не предвидится. Как же быть?
Маленькая месть или большая мстительность?
- Надо бороться за алименты, - считает судебный пристав Кировского района Елена Клепикова. - Многие женщины не подают в суд, рассуждая: какой толк? Даже если толку никакого, подавать на алименты нужно. Если отец не признавался судом «злостным алиментщиком», на старости лет он вправе потребовать от детей, чтобы те его содержали. Потому и предостерегаем: «Оградите ребенка от сюрпризов плохого отца».
Судебные приставы дают и другие советы. Разорвав отношения с мужем, не разрывайте отношений с его друзьями, с сослуживцами. Они могут быть бесценными источниками информации: «бывший» получил наследство, выиграл грант или пылесос в конкурсе, купил новую машину... По закону задолженность по алиментам может быть взыскана «путем обращения взыскания на имущество». Судебные приставы редко располагают оперативной информацией, чем и пользуется должник.
Женская месть хороша только в случае, если отец ребенка совсем вычеркнул вас из жизни. Не стоит из мелкой мстительности лишать ребенка отца. Но если его смог заменить другой человек, подавайте документы на лишение алиментщика родительских прав. Дело это непростое: отделы опеки и попечительства тянут волынку годами. Отцу ребенка достаточно заявить, что «будет платить алименты по мере возможности», и баста... Закон встанет на его сторону. Потребуются титанические усилия, чтобы доказать несостоятельность его как родителя и кормильца.
Наверное, прежде чем рожать ребенка, каждая женщина должна решить для себя: готова ли она к тем испытаниям, которые могут обрушиться на ее голову? Плевать на интересы государства, которое за «бабий счет» надеется повысить «процент рождаемости». Государство алиментов не платит. И даже использует «патриотизм» алиментщиков в целях «миграционного статус-кво».
Франция, к примеру, надумала улучшить свой генофонд за счет российских девушек. Выходить замуж за француза, чтобы получить гражданство, теперь вовсе не обязательно. Главное - стать беременной от француза. И все будет: вид на жительство, хорошее пособие, медицинская страховка и пр. Примут с распростертыми объятиями, если даже «в довесок» к матери Франции придется «усыновить» еще и ее российское дитя. Но вряд ли родина отпустит. При выезде за рубеж несовершеннолетнего ребенка (даже на отдых) требуется разрешение отца. Даже если он «злостный алиментщик» и десять лет как в розыске. Российское правосудие предложит только один выход: найти его и добиться согласия.
Общественницы из «Набата», помнится, в своем «меморандуме» к президенту возвысились над «еврейской подоплекой» проблемы. И требовали «объявить умышленное уклонение от алиментов тяжким преступлением против института семьи и общества». В ответ на это законодатели «смягчили» уголовное наказание для «злостных алиментщиков». По «старому» УК их хотя бы «садили» на год. Теперь не «садят», а «приговаривают» к исправительным работам... по месту работы. Наверное, законодатели посчитали, что «бабья доля» стала легче. А может быть, все дело в том, что большинство депутатов - мужчины.
Ирина МАШНОВА.
Количество показов: 672