Зональный семинар, прошедший в Хабаровске 14-15 марта с оборонщиками, быть может, не столько научил их управлению, аудиту и прочим премудростям, обозначенным в повестке, сколько озадачил. Время ожидания кончилось - наступило время действий. Волевых и решительных действий по реструктуризации оборонки. И, видимо, нынешний год, как следовало из настойчивых речей инициатора семинара - зам. министра Мингос-имущества Николая Гусева, может быть поворотным в судьбе всех предприятий ВПК страны и нашего края в частности.
Мощь и немощь богатства
Мощь и немощь богатства
Главный секрет оборонки, пожалуй, не в том, что она производит, а в том, что в ней происходит. Свобода, данная Ельциным власти («Берите, сколько хотите!»), развязывала руки не только ей, но и стратегической отрасли страны. Предпринятая в 1995 году первая попытка реструктуризации и конверсии военного комплекса, как известно, провалилась. Если в 1991 году имелось 1700 предприятий ВПК, то сегодня осталось менее четверти. Остальные обанкрочены, проданы или перестали существовать. Десять лет военно-промышленным комплексом руководило пять ведомств, но никто не оценивал по-настоящему его эффективность. Брошенные, по сути, на произвол, предприятия, кто по старой привычке, кто в новой надежде выжить, пытались спастись на внешнем рынке. Итог «самостоятельности» - потеря объемов экспорта вооружения и военной техники в пределах 1,5-2 млрд. долларов. За эти годы свою реальную экспортную нишу нашли только 63 предприятия. Правда, сегодня дана прямая команда: самовольщиков лишать лицензий, а к руководителям применять строгие санкции. Но насколько сможет власть уследить за порядком в экспорте оборонной продукции, если не делала этого годами? Ведь не без ее ведома предприятия учреждали дочерние предприятия, минимум трех, максимум до трех десятков, а общим числом по стране - 2500. Просто «демографический» взрыв какой-то! Вальяжные «дочки» оборонщиков успешно вывели из государственного оборота, т.е. промотали на отдельных предприятиях до 50 процентов имущества, а в общем почти треть.
В то же время считалось выгодным (без акцента - кому) состоять в учредителях сразу нескольких банков. После обвала банков в 1998 году, как сейчас выяснилось, (не поверите!) оборонщики потеряли в пределах 100 млрд. рублей активов.
Добавив к этому незавершенные строительством объекты на 586 млрд. рублей, можно представить масштабы умения сорить деньгами.
И еще один впечатляющий нюанс - средний возраст руководителей-оборонщиков сегодня 64,3 года. «Подрастающих» управленцев либо умышленно убирали старички, либо они сами убегали в бизнес. Доходило до таких курьезов, что внешними управляющими крупных военных заводов становились сами же бывшие директора предприятий ВПК.
Сегодня не говорится конкретно, кто во всем виноват. Не будет же новая верховная власть брать на себя грехи старой. К примеру, даже федеральные долги оборонщикам она признает сейчас лишь в сумме 32,5 млн. рублей при реальной оценке в 46-48 млрд. Разницу называют «несанкционированным оборонным заказом». То есть низы говорят: «Мы выполняли ваш госзаказ!» - и суют бумаги. А верхи отворачиваются: «У нас нет бумаг, что мы вам это заказывали!» Как будто патроны или подводные атомоходы в нашей стране можно делать просто из любви к искусству.
Как выглядят на этом фоне хабаровские оборонщики? После дружного общения на семинаре, на ужинах и в гостинице приморцы и амурчане завидовали. Оказывается, наша власть весьма достойно помогает решать кое-какие проблемы, отчаянно ложится на рельсы перед паровозами правительственных и президентских доктрин, программ, решений и прочего. В крае делают патроны, строят суда, самолеты и т.д. Есть кое-какой оборонный заказ, есть и «гражданская» работа, есть экспорт. Процветающих предприятий нет - в основном ходячие или полулежачие. Не все в силах местной власти. Но вот наше КнААПО зам. министра Н. Гусев назвал одним из основных предприятий, успешно работающих на внешнем рынке - оно дает 43 процента экспорта военной техники. Подтвердив тем самым главную заслугу нашей краевой власти, которая и нам уши прожужжала, и в столице многим чиновникам попортила нервы.
А поутру они проснулись...
На исходе века верховная власть проснулась. Оборонная доктрина государства, новая программа реформирования оборонного комплекса - десятки постановлений правительства и Мингосимущества только за минувший год. Слушая перечень этих документов, жесткие предписания и строгий окрик, удивляешься - отчего же прошлый год прожит был по-старому, если верховная власть уже предписала уйму новшеств? «Правительство недовольно! Многие директора не поняли серьезности намерений правительства!» - звучали на семинаре упреки. Короче - директора всех предприятий ВПК нынче должны бегом сверить с Минобороны долги, провести аудит, оценить имущество, зарегистрировать его и уставы предприятий и т.д. А они - такие-сякие - не торопятся. Тут грядет целый переворот в отрасли, а они не могут перебороть свою заскорузлую психологию ожидания и получения «манны небесной». Вот для чего и потребовался семинар - подучить и подтолкнуть. В конце концов, оборонка - тоже земное производство, и ему не чужды никакие законы экономики и менеджмента.
Чего хотят верхи? Верхи вернулись к идее перестройки отрасли ВПК по принципу интегрированных структур (ИС). Пять лет назад по такой же идее предполагалось создать 46 ИС, создали 14, в живых осталось 9. Сейчас хотят выделить предприятия I уровня, которые будут работать на государственном оборонном заказе - 93 объекта. Все остальные будут предприятиями II и III уровня, работающими по системе взаимной кооперации. К примеру, АВПК «Сухой» будет на I уровне, а наше КнААПО, иркутяне и новосибирцы - «кооператорщиками». При этом совсем неясно, что будут строить комсомольчане - самолеты или хвосты к ним. Ну да ладно - прояснится со временем. Предприятия I уровня останутся либо государственными, либо станут акционерными обществами со стопроцентной государственной собственностью, куда отдадут львиную долю акций предприятия II и III уровня. Но акционироваться «кооператорщики» будут не все. Кто-то может остаться казенным предприятием (по версии - амурский «Вымпел» со своими патронами), кто-то пойдет на приватизацию, кого-то может забрать власть в краевую собственность на возмездной основе (скажем, заплатив за него огромные долги). «Чубайсовской» атаки вроде бы не предполагается - обещают разбираться с каждым предприятием досконально и не спеша. То есть государство решило разобраться, что ему нужно для внутренней мощи и что оно может выгодно продавать, кому из «узкого круга» дать заказы на это и кто из «подсобников» должен помогать выполнять госзаказы. Ну, что же в этом плохого! Тогда почему никто не рукоплещет?
Этой высокой идее верхов низы в диссонанс задавали порой абсолютно низменные вопросы. В амурской глубинке продали казарму, а документы оформить никак не могут. В военном городке нет технической документации на канализацию и водопровод, а денег на нее не дают. Случись авария - где копать? И что делать: бросать военное имущество - пусть грабят?
А дойдет ли до новой «интегрированной» мысли проблема казарм, труб, зарплат? Наш «Вымпел» наштамповал патроны, которые никто не забирает, и сидят почти полгода рабочие без зарплаты. Считать ли эту работу госзаказом? Верить ли новой идее реструктуризации? И самое больное - кого и какие ждут последствия?
Светлое будущее в потемках
Конечно, интересы страны, ее оборонная мощь - превыше всего. Вопрос только в том, для кого эта мощь и для чего? Наивный вопрос - для людей! А если усомниться в этом постулате? Старым, варварским, вредным законом о приватизации от 1994 года людям в этом процессе давались кое-какие льготы и гарантии, скажем, сохранения рабочих мест. Чтобы что-то приватизировать, требовалось также согласие региональной власти и законодателей, а еще - согласие коллектива. Чем наши успешно и пользовались аж с 1995 года, когда верхи «положили глаз», к примеру, на КнААПО. Новой идее интегрированных структур эти ограничения, как бельмо на глазу. Поэтому «своя рука-владыка» пишет новый закон о приватизации, который правительство уже внесло в Госдуму. В нем, по предположению компетентных источников, вычищены все огрехи. Хотя регионы вносили свои предложения - оставить в проекте закона о приватизации хотя бы социальные гарантии коллективу по сохранению рабочих мест и т.д. И ничье теперь согласие не потребуется. А что вы хотели? Вы хотели от верховной власти побольше воли. Так и будет. Скажем, воевали-боролись мы за какой-то военный завод, он выстоял, а теперь волевым решением - приватизировать его! Ах, он важен для края? Тогда заплатите за него долги или купите.
Но и это не самое опасное. Самое опасное в том, что не ясны истинные цели новой идеи. Насколько она действительно государственная? Ведь если говорится о неэффективности работы оборонки, а новая идея - это путь к эффективности, то должен же быть обозначен хоть какой-то ее ориентир. Ведь не школьники были на семинаре, а зубры-директора, их замы, ушлые финансовые менеджеры предприятий. Зато было жестко сказано: «Делиться будете». Намек на КнААПО и на «местническую» позицию края.
Кстати, губернатор края Виктор Ишаев никогда и не был против акционирования самолетостроителей. Он «за», но - по справедливости. С учетом статуса города Комсомольска, с учетом вклада края в развитие предприятия. По той схеме, которая предлагается, ущемления интересов края, как говорят знатоки, не предполагается. Пока. Но акционирование предполагает открыть двери для свободы действий, которые могут быть во вред краю, городу, людям. Кто помешает верховной власти сделать тоже КнААПО не самостоятельным, а дочерним предприятием? Изменится налогооблагаемая база, денежные потоки перераспределятся. И предприятию, которое своими налогами содержит, по сути, большой город, останутся копейки. Государство выиграет - потеряют комсомольчане. К примеру, подобным образом Росспиртпром уже прибрал два наших предприятия. Так то был какой-то хилый «Спиртовик», а не лакомая оборонка.
Но такой цели не было - бередить души последствиями. И как знать, что будет? Светлое будущее у края, сбросившего иго оборонки? Или реальная консолидация сил и средств страны для создания вооружения и военной техники нового поколения? Гусев сказал, что в стране имеется задел научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок на 118 млрд. рублей. А пока на завод может прийти судебный пристав и арестом имущества за долги остановить производство. Потому что законы «не стыкуются». Вот такие дела...
Раиса ЦЕЛОБАНОВА.
Количество показов: 520