По инициативе Генерального прокурора Владимира Устинова с 31 марта сего года в России как класс ликвидируются региональные транспортные прокуратуры.
Дальневосточная транспортная прокуратура, одна из 17 приговоренных, находится в самом центре Хабаровска. Ее недавно отреставрированный особняк стал настоящим украшением краевой столицы. Строились не на зависть коллегам, а для общего дела. Борцы с преступностью (кто с этим поспорит?) должны работать в нормальных условиях - отдельные кабинеты, оргтехника и компьютеры, собственная столовая. И создавать таковые, по мнению Дальневосточного транспортного прокурора Валерия Балябы, всегда было одной из главных его задач...
Неудивительно, что как только под прокуратурой поплыла почва, лакомый особнячок привлек многие жаркие взоры. Говорят, например, им интересовалось и управление Генеральной прокуратуры по Дальневосточному федеральному округу. Не секрет, что новые федеральные структуры ведут в последнее время в Хабаровске настоящую охоту за лучшими зданиями.
Однако эта добыча вряд ли окажется легкой. Как только был подписан роковой указ (случилось это 22 января 2001 года), Валерий Баляба перевел на ул. Ленинградскую, 54 Хабаровскую транспортную прокуратуру в полном составе. Прежде она находилась в весьма неудобном строении на Втором Хабаровске. В здании требовался ремонт. Но раз уж приключилась вся эта незадача, пусть все нажитое хотя бы останется у своих. Районные транспортные прокуратуры, в отличие от региональных, ликвидации не подлежат.
В этом, собственно, и состоит реформа: сохранить специализацию районных транспортных прокуратур, но перевести их под крыло обычных территориальных. В нашем случае - Хабаровской краевой прокуратуры. Делается все это вроде бы в целях укрепления правопорядка в стране: власть должна находиться в одних руках. Однако пока от грядущей реформы просматриваются одни неудобства.
Прежде всего - региональные границы. Например, та же Хабаровская транспортная прокуратура отвечает за железную дорогу не только в крае, но и в Еврейской автономной области. Каким же образом, будучи частью нашей краевой прокуратуры, районная транспортная будет действовать на территории соседнего субъекта Федерации?
Во-вторых, по региональному принципу работают почти все транспортники - моряки, летчики, железнодорожники. А еще таможенники, милиция и так далее. Все они поднадзорны транспортной прокуратуре. Вот и получается, что, например, Дальневосточное региональное таможенное управление (Владивосток) будет опекать Приморская краевая прокуратура, структура с гораздо меньшими возможностями. И не она одна - еще ровно десять прокуратур других субъектов Федерации.
Кроме того, есть еще такое понятие, как специализация. Транспорт - это почти государство в государстве. И преступления здесь имеют свои специфические особенности. А значит и прокурорские работники должны иметь подобные навыки. Конечно, остаются на боевом посту районные транспортные прокуратуры. Но ведь окончательное слово будет теперь за обычными местными. Смогут ли они быстро (чтобы это не сказалось на криминальной обстановке) изучить новое для них поле деятельности?
И вообще, с каких пор специализация стала вдруг ослаблять власть, а не делать ее более профессиональной и многогранной? Никто ведь не сомневается, что преступлениями в армии следует заниматься военной прокуратуре, браконьерами - природоохранной (точно так же, как в медицине: хирургам - резать, психотерапевтам - лечить словами)... В конце концов, все они в итоге подчиняются одной-единственной и неповторимой Генеральной прокуратуре России. То есть власть уже находится в одних руках. А разминка отдельных пальцев может привести только к одному - кое-что в один прекрасный момент из этих рук вывалится.
Мы уже не говорим о том, что разрушение стабильно работающей федеральной структуры в эпоху массового строительства окружных представительств вообще кажется, мягко говоря, нелогичным. А то, что структура - стабильная и даже прибыльная, всем хорошо известно. Дальневосточная транспортная прокуратура, по последним данным, входила в тройку лучших по стране. С помощью наших земляков в бюджет реально возвращено 160 миллионов рублей. На содержание же потрачено около тридцати.
К слову, транспортные прокуратуры однажды уже упраздняли. В 1960 году Никита Хрущев посчитал, что преступность в стране и на транспорте в частности почти ликвидирована, а значит, специализированные прокуратуры не нужны в принципе. Однако через двадцать лет их восстановили полностью: рост преступлений на транспорте грозил обернуться национальной катастрофой. И это в относительно благополучные семидесятые годы! Что уж говорить о нынешнем времени...
Но если все так очевидно, да еще имеется собственный исторический опыт, как могла вообще появиться на свет сама мысль о реформировании транспортных прокуратур?
Говорят, мысль эта - почти иде-фикс действующего Генерального прокурора. Владимир Устинов носится с ней едва ли не с самого своего назначения. Оно и понятно: каждый политический деятель мечтает сотворить нечто эдакое, дабы остаться в памяти хотя бы ближайших потомков.
И еще одна частная версия, объясняющая все события и их спешность. Как известно, грядет реформирование российских железных дорог. Не под него ли расчищают дорогу? Меньше толковых прокуроров - меньше проблем...
Светлана ПОДЗНОЕВА.
Количество показов: 522