Прошло уже больше пяти лет с того дня, как где-то в водах Малакского пролива близ Малайзии бесследно исчезло судно «Линк Стар». Судно принадлежало совместному российско-корейскому предприятию «Линк Вест» и бороздило моря под мальтийским флагом. Команда на нем была российская - из Амурского речного пароходства. Судовладелец знал выгоду - иметь дело с русскими. Во-первых, одни из самых дешевых моряков в мире. Во-вторых, отчаянны и непривередливы. Но удача, видимо, отвернулась от моряков «Линк Стара». Из плавания никто не вернулся. Судно с командой из 23 человек исчезло.
Исчезновением теплохода занималось Международное морское бюро. Амурское пароходство предлагало иностранным информаторам любые деньги за сведения, способные пролить свет на тайну. К делу подключили международные сыскные агентства, отдел безопасности мореплавания Росморфлота, консульства, транспортную прокуратуру. Безуспешно. Спустя время экипаж теплохода был признан «безвестно пропавшим».
Беда сближает - истина почти прописная. В пароходстве приводят на этот счет характерный пример. У одного из членов экипажа на момент исчезновения было за плечами три брака, по ребенку в каждом. Жены - в прошлом непримиримые соперницы - забыли все обиды и неожиданно стали одной большой и дружной семьей. Прежде не избалованная их вниманием свекровь оказалась под тройным патронажем. «Только это и удержало мое сердце от разрыва», - признается она сегодня.
И только одна семья потерпела бедствие подобно «Линк Стару». Виной тому стали деньги - страховка погибших моряков. Рикошетом досталось и Амурскому речному пароходству, которое сегодня в суде обвиняет мать пропавшего моряка Александра Перминова... в растрате чувств.
Страховка
Надежда Николаевна Гаврилова - математик. А если точнее, лаборант института математики. Ее рабочее место - компьютер. Дни напролет она набирает сложнейшие математические формулы, упрощает их, систематизирует и сводит в логическую цепочку.
В обеденный перерыв Надежда Николаевна заглядывает в электронный почтовый ящик. Она все еще надеется обнаружить там письмо «доброжелателя». Из Индии или Малайзии, с острова Суматра... Сообщение о том, что ее сын Александр Перминов жив, продан в рабство, тяжело болен, предложение выкупить его...
Саша был самым молодым из экипажа. В марте 1995 года, когда он отправился матросом на «Линк Стар», ему было 23 года. Еще в детсадовском возрасте он не расставался с бескозыркой, твердил, что станет моряком. После школы пошел учиться в училище на рулевого-моториста. Призвали в армию - напросился в морфлот. В «загранку» рвался не из-за денег. Хотел посмотреть мир. «Чайки стонут и кричат тебе вослед, что обратно для тебя дороги нет», - пели друзья под гитару, провожая его на «Линк Стар». Накликали, мальчики...
Сашина мать не смирилась с безвестностью. И когда недавно узнала о том, что Амурское речное пароходство намерено обратиться в суд за признанием пропавшего экипажа погибшим, расценила это чуть ли не как предательство.
У Надежды Николаевны свой особый счет к пароходству. Она считает, что и на нем лежит вина за случившееся. Почему, подписывая контракт найма членов экипажа, там не озаботились безопасностью их мореплавания? Она до сих пор уверена, что многое в пароходстве замалчивают, не позволяют приблизиться к разгадке исчезновения «Линк Стара». Логика ее рассуждений проста. Мотив - страховка. Улика - «Линк Стар», купленный за один миллион долларов, а застрахованный на три миллиона.
Оставим загадки страхования судна специалистам. Наш срез проблемы - страхование экипажа. Лондонский «Пентай-клуб» - международная страховая компания, выждав положенное время, принял решение о выплате семьям моряков компенсации - 36 должностных окладов за каждого пропавшего без вести. В стране бушевала инфляция, и на тот момент страховые суммы казались огромными. Людмила Капорова, которая оформляла документы на выплату страховки, вспоминает: «Счета выдавали за закрытыми дверями, в строжайшей тайне. Обстановка была криминальней, нежели сейчас: за видеомагнитофоны убивали. А тут тысячи долларов! Но сначала приглашали всех членов семьи - дотошно объясняли условия получения компенсации. Чтоб не возникло недоразумений».
Условия «Пентай-клуба» были следующими. Получение компенсационной суммы освобождает от ответственности всех лиц: страховщика, судовладельца, работодателя. Договор должен быть подписан от имени всех иждивенцев одним представителем.
В пароходстве понимали, какие проблемы могут возникнуть вслед за выдачей «скорбных денег» в руки одного человека. Поэтому членов семьи просили прийти к мировому соглашению между собой. Кто-то один получает деньги и делит их в равных частях между иждивенцами.
Восемь месяцев Н.Н. Гаврилова отказывалась получить деньги. Смущали ее эти самые строки «освобождение от ответственности». Понимала: взять деньги - значит поставить точку в поисках сына. Но когда у нее попросили официально отказаться от денег, отступила. По словам Людмилы Капоровой, половину суммы Н. Гаврилова должна была отдать своей бывшей невестке - Татьяне Перминовой. Они предназначались Сашиному сыну - Владику. Бабушка заверила представителей пароходства, что хорошо поняла суть договоренности. Татьяна Перминова подтвердила - они обо всем договорились. Бабушка положит деньги на банковский счет для Владика. Пойдут на обучение, когда он вырастет. Саша бы одобрил такой шаг.
Страховку «Пентай-клуба» получила Сашина мать. С тех пор обе женщины видятся только в суде.
Семейный треугольник
Таня с Сашей познакомились просто - в общей компании. Саша только что вернулся из армии. Тане он объяснился в любви скоропалительно. И так же скоропалительно принял решение - они будут жить вместе.
Надежда Николаевна не очень-то обрадовалась известию о женитьбе сына. С сыном у них были теплые, даже нежные отношения. Она-то и за армейский период истосковалась без него. И вот опять его забирает у нее то море, то любовь.
Она, конечно, посоветовала Саше не торопиться. Но тот сказал, что для спешки есть все основания: «Таня беременна».
«Саша был очень порядочным парнем», - вспоминают его одноклассники. Эта порядочность и стала причиной того, что скоро он стал разрываться между Таней и матерью. Каждая требовала заботы и внимания в равных долях. Ему еще удавалось сохранять «канатное натяжение» отношений, но родился Владик...
О, это типичное сравнение с семейной лодкой, которая разбилась о быт... Ребенок, пеленки, ночная нервотрепка, измученная бессонницей жена, которую перестали волновать производственные проблемы мужа, да, кажется, и сам он тоже. Бегство к маме, как бегство в рай.
Дошло до того, что Таня в порыве подала на развод. Саша очень переживал в эти дни, много говорил о Владике, советовался с друзьями, как помириться с Татьяной. Но примирения не произошло.
Развод всегда выносит на поверхность всю семейную накипь. Так было и здесь. Но когда пропал «Линк Стар», Татьяна решила забыть все обиды. Они с Владиком стали навещать бабушку. Лед отчуждения, казалось, растаял. Но пришло время получать страховку. И бабушка неожиданно дала Татьяне с Владиком от ворот поворот.
- Владька - Сашина копия, - рассуждала Татьяна. - Надеялась, бабушка расскажет ему об отце то, чего я не расскажу. Владику ведь и года не было, когда Саша пропал. Саши нет, и делить больше нечего. Но оказалось, деньги разделить труднее, чем скорбь.
Суд
Татьяна подала заявление в суд от обиды. За что? В Амурском речном пароходстве тоже полны негодования. «Мир перевернулся, - не выдержала в ходе судебного заседания Людмила Капорова. - Как можно любить сына и не любить единственную кровиночку, которая после него осталась?»
Но суду эмоции не нужны. Суду нужны факты. По делу уже было принято решение - взыскать с Н. Гавриловой половину суммы в пользу внука. Однако Надежда Николаевна подала жалобу в краевой суд - решение было отменено, и дело вернулось на новое рассмотрение.
В материалах его не было представлено основное доказательство - то самое мировое соглашение, подписанное Н. Гавриловой от имени всех иждивенцев, то есть внука Владика. Нет этого соглашения и в пароходстве. Там отвечают, что все документы давно уже в Лондоне. Туда отправлен запрос.
У краевого суда возникли и другие вопросы: не было ли неосновательного обогащения?
Надежда Николаевна требует привлечь пароходство в качестве соответчика. Мол, я никакого обязательства разделить деньги с внуком не давала. Договор подписала я, значит, все деньги предназначались мне. А может, вы и впрямь незаконно обогатились? И если такие добрые - платите внуку отдельную страховку.
У Надежды Николаевны хороший адвокат. И алиби, которое должно опровергнуть обвинения в бесчувственности к родному внуку. По ее словам, все деньги она давно уже истратила на поиски сына. Как искала? Наняла частного детектива. И он совсем близко подошел к разгадке тайны «Линк Стара», которая выведет всех причастных на чистую воду. Судите - не судите, а денег нет...
У меня чисто профессиональный интерес: под силу ли одному человеку то, чего не сделали международные сыскные агентства? А может, бедная женщина просто угодила в лапы мошенников, нажившихся на ее горе?
- Блеф! - говорят в пароходстве. - Частный детектив хорош для слежки за неверной женой, конкурентом по бизнесу... Там, где оказались бессильны сотни тысяч долларов и международный сыск, деньги Гавриловой - ничто. Вдобавок она отказывается предоставить доказательства, что платила детективам. Просто деньги сделали свое черное дело - девальвировали все чувства.
Наследство
Тяжба эта, как лакмусовая бумажка. Суды в последние годы завалены делами о дележе имущества, наследства между родственниками. При социализме делить нам было нечего, потому что все было государственным. Повернув в капиталистическое русло, принялись приватизировать квартиры, вкладывать деньги в ценные бумаги и недвижимость. Поменяв курс, и не заметили, как отвернулись от ценностей, которые настойчиво прививали нам прежние поколения.
Кто возьмется искать правых и виноватых в конфликте Перминовых - Гавриловых? Кого судить? Татьяну, которая могла отказаться от судебной тяжбы, да не отказалась? Легко ли женщине одной воспитать сегодня ребенка? Татьяна работает в социальной службе на дому, помогает немощным старушкам и получает за свой труд сущие копейки. Но разве проще Надежде Николаевне растить 16-летнюю дочь на оклад лаборантки в 900 рублей? Свалились на их грешные головы эти «несчастные деньги». Свалились и раздавили то хрупкое, что могло бы сделать их одной семьей, близкими людьми.
Но взрослые хотя бы понимают, почему между ними пролегла пропасть. Хуже всего 6-летнему Владику. Он рисует корабли и дальние страны. Он рассказывает друзьям, что его папа видел рыбу-пилу и плавает... на корабле. Он, как и Надежда Николаевна, не говорит об отце в прошедшем времени.
Он так и не понял, что же произошло. Понял только, что вдруг стал чужим для бабушки.
Ирина МАШНОВА.
Количество показов: 1363