В свое время при подведении итогов соревнования среди сотрудников редакции - как же могло не быть тогда такого соревнования! - одним из главных критериев была работа с рабселькорами и внештатными авторами.
Иметь своих общественных помощников было для газетчика столь же обязательным, как владеть собственным пером, иначе что ты за газетчик, если работаешь кустарем-одиночкой, и искусство завлечь в свои сети какого-нибудь склонного к писанине энтузиаста почиталось едва ли не выше собственного журналистского мастерства. Как говорится, поэтом можешь ты не быть, но обрасти добровольными и бескорыстными помощниками обязан.
Поэтому в конце каждого месяца все сотрудники редакции победно рапортовали, сколько у кого добавилось новых «перьев», откуда пополнение и кем оно по жизни является. Если «от станка» - токарь там или слесарь, тракторист или доярка, - честь и хвала газетчику, наладившему с ними связь.
Рабселькоровское движение, порожденное рупором пролетарских идей газетой «Правда», было в чести у всех газет и пестовалось как дитя любящей матерью. Никого не смущал тот нюанс, что журналистику лучше делать руками профессионалов. Если каждой кухарке открывалась перспектива управлять государством, то уж выступать с народной трибуны, коей тогда была объявлена пресса, и сам Ильич велел.
За десятилетия работы в «Тихоокеанской звезде», к сожалению, не помню, чтобы кто-то из рабселькоров сменил свою профессию на журналистскую. Возможно, и были такие, но единицы, хотя для начинающих издавался специальный журнал «Рабоче-крестьянский корреспондент», в Хабаровске при вечернем университете марксизма-ленинизма долгие годы существовал факультет журналистики, регулярно проводились слеты рабселькоров, но при всех этих усилиях так и не появился в крае ни один Анатолий Аграновский. Уж кому что дано...
Однако боевые помощники газеты, как их тогда называли, твердо были уверены в том, что не боги горшки обжигают, и ретиво закидывали редакцию своими заметками. Писали, примерно, так: «Главным условием высокой продуктивности коров являются люди...», «Бывает, что поросята дохнут и весь дох скрывается...», «Я и мой трактор направлены на капитальный ремонт» и т.д., и т.п., что, впрочем, ничуть не смущало «кураторов». Газетчик садился, переписывал заметку удобоваримым языком и ставил под ней подпись рабселькора. Тот никогда не оспаривал правку, но и не благодарил за нее, считая, что так и должно быть, иначе зачем сидят борзописцы в редакции...
Один из таких рабкоров, плотник из с. Вострецова, слал в редакцию свои заметки чуть ли не ежедневно. Не смущаясь отдаленностью Охотского района и не слезая со строительных лесов, а уж тем более не выезжая в командировки, умудрялся сообщать обо всем, что происходило в районе. Писал не только о людях труда, но и о работе сельсовета, о спорте, художественной самодеятельности, о природе... Как это ему удавалось, не знал никто. Редкой резвости был рабкор, чему в редакции неизменно умилялись и призывали других рабселькоров следовать примеру этого «многостаночника».
Позже подпитка информацией с мест силами рабселькоров постепенно сошла на нет. Не исключено, что многим из них это не свойственное основной работе увлечение стало в тягость - немалых ведь времени и сил требовало, - или изменилось отношение к ним. Не стало ни слетов, ни факультета журналистики, перестал, как архаизм, существовать журнал. Но помянуть их добрым словом надо - как могли, так и сотрудничали с «народной трибуной», принося в нее свое и не требуя за это никакого особого вознаграждения.
Потом в истории «Тихоокеанской звезды» появился мощный пласт общественных отделов. Эти отделы при редакционных отделах: школ, здравоохранения, культуры, спорта - были уже из специалистов, выходящих на страницы газеты со своими знаниями и солидным опытом. Они были посвящены в тонкости своей профессии не в пример дилетантам-журналистам - и по плану, не как-нибудь - поднимали в «Тихо-океанской звезде» проблемы, до которых газетчик не всегда мог дотянуться. Старым читателям «ТОЗа» и сейчас, наверное, памятны их имена: известные педагоги Антонина Николаевна Должанская, Дмитрий Эдуардович Бауман, Георгий Александрович Захаров и многие другие, кто помогал газете в освещении насущных вопросов.
Наверное, помнится общественная приемная «ТОЗа», где несколько лет вела прием известная своей неутомимостью Юлия Илларионовна Севергина. Женщина преклонных лет, она давала фору молодым, когда после обстоятельных бесед со страждущими в приемной (очередь к ней сидела часами) становилась «экстренной помощью» - ехала разбираться с чьей-то бедой и всегда старалась помочь. Случалось, что и квартиры нуждающимся выбивала, что теперь может показаться фантастикой.
Еще многие неутомимые старички-пенсионеры были на подхвате в общественном бюро проверки жалоб, среди них - бывший сотрудник милиции Александр Михайлович Задорожный. Уж он-то умел в любом житейском казусе разобраться, в любых «запутанных взаимоотношениях семьи», что ставилось ему в заслугу. Личная жизнь тогда не была сугубо личной жизнью, в ней мог наводить порядок любой проверяющий, не говоря уж о парткомах и профкомах. И ведь помогало, при всех нередких нарушениях прав и свобод. Во всяком случае, нынешнего бытового произвола и беспредела не было...
Теперь вот с ностальгией вспоминаешь о всех этих бессребрениках, работавших, как тогда модно было говорить, «за высшую плату - за спасибо». Доброхоты перевелись. Недавно пробовали создать актив информаторов в районах края, и первым вопросом у них было: «А сколько за это будут платить?» - и разочарованное: «Фэ...» Как тут не пожалеть о плотнике, не слезавшем со строительных лесов, но не забывавшем о нуждах печати!.. Где вы, бойкие задиры? Ведь газета всегда сравнивалась с рекой, которую питают свежие родники.
Вера ПОБОЙНАЯ.
Количество показов: 570