Впервые Эмма Викторовна пришла в редакцию 13 лет назад. В горе и недоумении:
- Я похоронила сына, а мне говорят, что в Афганистане наши не гибнут... Как же так? Вот письма, которые он прислал оттуда...
Ответ на этот вопрос был и в дневнике двадцатилетнего спецназовца Бориса Жалимова, в который он записывал не только впечатления, но и стихи. Одно из них он назвал: «С иронией».
Шумит душман в Полихумри
И около Герата,
Его крушат, черт побери,
Афганские солдаты.
Они отважны и сильны,
Они нас защищают,
О чем советская печать
Стыдливо сообщает...
Прошло немало времени, прежде чем приоткрылась завеса над Афганистаном. Как, может быть, лишь спустя время мы узнаем всю правду о Чечне и сможем осмыслить разыгравшуюся там трагедию.
«Вместе с воинами народной афганской армии в составе боевого подразделения он встал на пути мятежной банды душманов. За проявленное мужество и отвагу при выполнении боевого задания Борис Жалимов представлен к государственной награде», - сообщила газета в 1986 году, уже после того, как в Хабаровск прибыл «черный тюльпан», и родные похоронили Бориса. Остальное цензура не пропустила. Но некоторые письма и дневниковые записи опубликовать все же удалось. Собрать все дневниковые записи, письма и стихи Бориса Жалимова удалось Татьяне Михайловне Косоуровой, у которой он четыре года учился в лесотехническом техникуме.
«Мое новое место службы - Демократическая Республика Афганистан. Мы знали об этом, когда нас перевозили из Уссурийска в Белоруссию. Едем мы на совершенно необжитое место, будем жить в палатках. Прошли уже курс горной и огневой подготовки. Моя специальность: разведчик-автоматчик-снайпер. Служить буду в части специального назначения, сокращенно - отряд спецназа... Ребята все славные. Отличные товарищи, на них можно положиться. Недавно провел сам комсомольское собрание, ведь я теперь комгрупорг. Волновался, но прошло оно успешно. Отметили мои ораторские способности... Мне нравятся люди сильные, спокойные, пусть порой грубоватые, но всегда готовые выполнять любое задание Родины. Таких невозможно испугать, сломить морально...»
«...У меня все нормально. И сейчас, и в жизни вообще. Ведь у меня все идет по плану. Окончил школу, техникум, получил специальность, встретил хорошую девушку, пошел в армию. По-моему, все так и должно быть у нормального человека...» - это из письма матери. А в стихах:
Сидела ты на проводах
печальная.
О чем ты плачешь,
я не смог понять.
А слезы повернулись
ко мне правдою:
Ушел я не служить,
а воевать...
«Я вижу их совсем близко. Лежу за скалой, а они спускаются с гор. В руках у душманов английские винтовки, а за поясами - топоры. Прищурив глаз, один душман первым открывает огонь... У него пулемет. А у моего товарища, что лежит рядом, граната в руках. Пулемет захлебывается... Сейчас вечер. Мы с ребятами варили украинские галушки. Пили чай».
«Мама, я не стал тебе писать, потому что болел, не хотел расстраивать. Смешно! Мы так далеко, а от тебя все равно ничего не скроешь! ...Познакомился с удивительным человеком. Он юрист по образованию, но увлекается садоводством. И здесь, в Афганистане, мы пытаемся разбить сад. Мы уже посадили розы (свои, в Афганистане они другие), сирень. Сделали клумбы...»
В своем последнем письме Борис писал:
«У меня все хорошо. Не болею, настроение хорошее. А почему бы ему не быть хорошим, если с каждым днем становится все теплее, а значит, ближе к дому. Получили газету с приказом о нашем увольнении... Мама, очень прошу, береги себя. Делай работу, которая тебе по силам, не переутомляй себя, не надо, мама. Я скоро приеду и возьму на себя большую часть работы. Дождись меня».
Вслед за этим пришло письмо от командира, старшего лейтенанта Захаренкова: «Ваш сын прожил короткую, но яркую жизнь...»
Судьба не уберегла мальчика-поэта с удивительно светлым и добрым взглядом на жизнь, когда до мирной, счастливой жизни оставалось всего ничего. Всему остальному: боевой награде, публикации стихов, признанию - было суждено сбыться с грифом «посмертно».
Каждый год 15 февраля, в день, когда отмечается очередная годовщина вывода советских войск из Афганистана, в Хабаровском промышленно-экономическом техникуме (бывшем лесотехническом), который оканчивал Борис, традиционный сбор. Татьяна Михайловна приносит ребятам фотографии, дневники, письма Бориса, приглашает его друзей и однополчан. Каждый год в этот день парни из техникума бывают и на могиле Бориса. Этой традиции уже двенадцать лет. Встретилась там с ними Эмма Викторовна и в этом году.
- Вы и представить себе не можете, что это для меня значит. Оставшись один на один с горем, выстоять ведь труднее.
Пока правители решали, как быть с «афганской проблемой», ребятами, которым посчастливилось вернуться домой, таким же, как Эмма Викторовна, осиротевшим матерям оставалось полагаться, главным образом, друг на друга.
- Вчера мы похоронили Катю, - поделилась недавно своей печалью Эмма Викторовна. - Я вам рассказывала. Володюшка ее на три дня был старше моего Бориса. Когда они родились, все бегали советоваться друг к другу, как купать, чем кормить наших мальчишек. Потом получили квартиры, разъехались и потеряли друг друга из виду. До встречи ребят в Афганистане...
Прошли годы, прежде чем Эмма Викторовна смогла прийти и спокойно рассказать о том, как складывалась жизнь после того, как она похоронила сына. Какой выросла дочь, сколько радости приносит внучка. Какие цветы они выращивают на даче.
Как было не подумать и о том, что не успели зарубцеваться афганские раны, как грянула новая «непонятная» война. В Чечне. И снова - осиротевшие матери, искалеченные судьбы, выжженные души. Страшно подумать: все это за каких-то полтора десятилетия в жизни одного поколения. Вряд ли можно даже представить себе сегодня, какие могут быть последствия этого ужаса... Когда гибнут мальчишки, мечтающие «засадить всю планету цветами, жить и радоваться», на Земле становится пустынней.
Валентина СЕМЕНОВА.
Количество показов: 662