Однажды артист Хабаровского краевого музыкального театра Валерий Хозяйчев стоял в очереди за хлебом. За Валерием Михайловичем встала старушка. Когда узнала его, воскликнула: «Я выросла на ваших спектаклях!». Эту историю актёр потом вспоминал с улыбкой: «Думаю: батюшки! Тебе же лет 80 уже! Сколько же мне тогда должно быть, если ты выросла на моих спектаклях?!».

Народного артиста России Валерия Хозяйчева действительно хорошо знали театралы. Ещё бы: ведь он более полувека служил музыкальному театру. Улыбался редко, но умел смешить. С каждым выходом его на сцену зал взрывался и умирал от хохота. Валерий Михайлович владел секретом, известным великим комикам прошлого.

Его учитель Аполлон Гримм говорил: «Вот Хозяйчев. Артист редкий. Яркий. Эксцентрический. И кто знает, какими путями он оправдывает все нелепости, которые проделывает на сцене… Я не раз говорил: люблю глупости Хозяйчева. Он делает нелепости на сцене, а я радуюсь… Что это такое? Это тайна».

25 мая артисту исполнилось бы 80 лет. Увы, его уже почти восемь лет нет с нами. Но человек, как известно, жив, пока о нём помнят.

ВРЕДНЫЙ, НО ЗАТО КАКОЙ АРТИСТ

Валерий Хозяйчев был великолепен и ни на кого не похож. Профессионально танцевал балет, степ, народный танец, чечётку. По словам коллег, он не боялся прибегать к рискованным приёмам и трюкам, использовал смелые, острые, гротесковые средства выразительности.

– Валера был потрясающим артистом и одной из лучших страниц нашего театра, – считала заслуженная артистка России Людмила Блок, ныне, увы, тоже покойная. – Мы дружили с ним 40 лет. По жизни Хозяйчев бывал такой вредный и капризный – это просто тихий ужас! Но когда он твой партнёр на сцене, просто улетаешь.

… Театром Валерий Хозяйчев был увлечён с детства. Ходил во Дворец пионеров, танцевал, читал. Но тогда даже не подозревал, что жизнь свою свяжет с искусством. Тем более родители были далеки от этого. Семья многодетная – восемь детей. Какой там театр?

– Жили мы во Владивостоке, – вспоминал потом Валерий Михайлович. – Когда оканчивал школу, к нам на гастроли приехал театр музкомедии из Хабаровска. Вот тогда впервые в жизни и попал в театр, окунувшись в атмосферу этого праздника, и подумал: вот бы мне здесь работать! И поехал поступать в театральное училище в Хабаровск, где выпускались артисты оперетты.

В музкомедию Хозяйчев попал стремительно, ещё будучи второкурсником, в балет. Но потом выяснилось, что совмещать занятия у балетного станка с учёбой довольно сложно. И тогда Хозяйчева перевели в хор.

Пел он, видимо, уже тогда неплохо. Не случайно по окончании училища из всех студентов, подрабатывавших в хоре, в театре предложили остаться только Валерию.

А вскоре Хозяйчева забрали в армию. Впрочем, реально послужил только год (в полку связи в Магдагачи, что в Амурской области), а потом его перевели в ансамбль Краснознамённого Дальневосточного округа.

– Мне в ансамбле предложили на выбор: быть ведущим, петь в хоре или танцевать, – рассказывал Валерий Хозяйчев. – Выбрал в итоге танцы.

СОВСЕМ ДРУГОЙ ПОПАНДОПУЛО

Потом он вернулся в родной театр и вскоре сыграл матроса Севку Мамыкина в своём первом спектакле «Полярная звезда». Это была дипломная работа Кожухина, режиссёра из ГИТИСа.

– Это была пьеса про любовь, дружбу, светлые отношения, про хороших моряков, – говорил Валерий Михайлович. – Кожухин в программке написал мне: «Начинающему артисту от начинающего режиссёра». Было приятно.

А потом понеслось… Актёр считал, что самые сильные спектакли были в ту пору, когда главным режиссёром музыкального театра являлся Юлий Гриншпун.

– Из моих самых любимых – «Жирофле-Жирофля», – считал Хозяйчев. – Спектакль великолепный, вся пьеса в стихах. Я играл губернатора. Также памятен его спектакль «Женихи». Кстати, если бы меня спросили, кого считаю своими театральными учителями, то ответил бы так: «Гримма и Гриншпуна».

– Режиссёр всегда прав, или у вас есть иное мнение? – как-то спросили журналисты артиста.

– Знаете, я часто фантазировал, особенно по молодости, по роли одно, а режиссёр ставил иные задачи, – ответил Хозяйчев. – Вот, например, с тем же Гриншпуном был у меня пример несовпадения. В «Свадьбе в Малиновке» мне дали роль Попандопуло. Естественно, я до этого видел разных Попандопул: и знаменитого Михаила Водяного в известном фильме, и нашего Гримма, и многих других. И это, в советском понимании оперетты 1960–70 годов, было так смешно. Я был счастлив, думал: «Именно так и сыграю!»

И стал придумывать себе образ: где у него будет рваная тельняшка и где он будет чесаться. Даже лысину себе раздобыл, проволочки решил в неё вставить – как будто вены. Но Гриншпун сказал: «Никаких лысин». Даже реплик актёру поубавил.

– Режиссёр решил, что я буду совсем другим Попандопуло: как Остап Бендер, – продолжал Хозяйчев. – Пришлось себя перебороть. Но зато это вылилось в такую блестящую роль! И зритель по достоинству оценил, как Гриншпун по-новому увидел образ Попандопуло. Мы же себя не видим со стороны и порой несём такую чушь со сцены. И очень хорошо, когда есть глаз, который всё это видит.

«ХОЗЯ, ПРИВЕТ!»

Когда Валерий Михайлович получил звание народного артиста РФ, он подумал: ну всё, завтра приду, буду по театру ходить так… достойно. Пришёл, а все говорят: «А, Хозя! Привет!». В общем, никакой трансформации не произошло.

На сцене Хозяйчев многими воспринимается как балагур, весельчак и вообще мягкий человек. А какой он был в жизни?

– На самом деле я достаточно вспыльчивый и нервный человек, – говорил о себе артист. – Вообще холерик. С мягкостью, интеллигентностью, без вспыльчивости мне, наверное, было бы работать нелегко.

… Он обладал секретом трюка, репризы, перевоплощения, виртуозно двигался и танцевал в любом возрасте. Большой артист и необыкновенный человек, любимый многими поколениями зрителей. Говорят, что незаменимых нет. Но кто, скажите, Хозяйчева заменит?!

Дмитрий ИГОЛИНСКИЙ.

Фото из архива Хабаровского краевого академического музыкального театра.