В Год семьи, объявленный президентом РФ Владимиром Путиным, глава Аяно-Майского района Алексей Ивлиев на краевом уровне предложил обеспечить бесплатным перелётом всех опекаемых детей. А их только в его районе 35. Воспитываются они в 21 приёмной семье.

Между прочим, практика подобных льгот для опекаемых детей уже действует в Магаданской области и Камчатском крае, где на местном уровне приняты необходимые меры поддержки.

Впрочем, это не единственное предложение главы одного из самых отдалённых районов Хабаровского края.

– Зная, что ежегодно в нашем крае медработники выезжают в отдалённые и труднодоступные поселения на теплоходе и «Поезде здоровья», предложил главе края Дмитрию Демешину организовать в наш район «Вертолет здоровья», – говорит Алексей Ивлиев. – Ведь к нам ни поезд, ни теплоход не дойдут, но узкие специалисты нужны очень. К жителям Аима, например, а это 120 человек в самом отдалённом поселении захребтовой части района, иначе, как по воздуху, не добраться. Этим людям также требуются проведение кардиограммы, рентгена, осмотр врачами-специалистами. После поддержки врио губернатора новая инициатива станет настоящим прорывом.

Поддержано Дмитрием Демешиным и другое предложение главы, связанное с ситуацией СВО. Дело в том, что к Алексею Ивлиеву обратились ребята, которые сейчас проходят службу в именном батальоне «Корф» – место дислокации в Ростовской области. Не смотря на то, что речь идёт о людях, проживающих в районе крайнего севера, проезд в отпуск военнослужащим не оплачивается. Притом что перелёт из Аяна или Нелькана только до краевого центра и обратно обходится в 25 тысяч рублей. До Москвы – в два раза дороже. Так почему бы не рассмотреть это как одну из мер поддержки?

ГОЛОС СЕВЕРА

– Алексей Алексеевич, северян на краевом уровне слышат?

– Жаловаться не на что. Любой вопрос находит отклик. Но наболевшие проблемы решаются, конечно, не по щелчку пальцев.

Новый врио губернатора обозначил приоритетные направления развития, среди которых – необходимость поддержки здравоохранения, бизнеса, улучшения транспортной инфраструктуры. Этим и занимаемся совместно с краевыми министерствами и ведомствами.

Вспомните, как активно развивались севера в советский период, когда политика власти была поддерживающей. Предусматривались льготы, дотации. А ведь и тогда было очевидно, что севера не дают рыночную прибыль, не конкурируют. Но они были заселены, социально обеспечены, имели свои продуктовые пояса. Вдобавок разница в стоимости продуктов в городах и отдалённых районах была не значительной, а заработная плата существенно превосходила западные территории.

Оттого и приезжающие на заработки люди оставались и зарабатывали северный стаж, стойко переносили тяготы и лишения, а это – продолжительная зима, необходимость колоть дрова, носить воду.

Но на северные заработки даже конкуренция была. До сих пор в районе живут люди, которые ещё в молодости приехали и остались.

– А теперь что?

– Основная задача – обеспечить в районе устойчивую, без сбоев, работу наших ведущих учреждений и предприятий. Бюджетная система выстроена так, что из доходов местного бюджета предусмотрено только 18 процентов, остальное – дотации края, которые позволяют обеспечивать заработные платы, электро- и тепловую энергию, функционировать учреждениям.

В нашем районе подавляющей является бюджетная сфера, а также предприятие ЖКХ, где зарплаты совсем небольшие, несмотря на наличие северных коэффициентов и районных надбавок.

Для прожиточного минимума прежде за основу бралась потребительская корзина, но теперь ведётся усреднённый расчёт, принятый по краю.

И это притом, что даже борщ в Аяне и Хабаровске варится с большой разницей в стоимости продуктов и не в пользу северян. Доходы подравнялись, в то время как расходы у нас просто огромные, начиная с транспортных.

Казалось бы, сейчас у нас есть возможность совместно с правительством края субсидировать расходы на основные виды продуктов питания. Но ведь потребности и желания людей намного шире ограниченной группы продуктов. Необходимо разнообразие в тех же фруктах, молочной продукции, промышленных и бытовых товарах. Вот только нам всё это обходится заметно дороже.
– А новые специалисты сейчас вообще не приезжают в район?

– Сейчас в нашей больнице, например, даже хирурга нет. Как быть? Привлекаем врачей. В основном из бывших союзных республик – Таджикистана и Узбекистана. Приезжают в район и учителя, чтобы заработать по федеральным программам. Всё бы хорошо, но ведь это тоже временщики.

Предусмотренный набор льгот касается, скорее, сельской местности. Даже с учётом северного коэффициента бюджетники получают незначительные суммы. Вот и выходит, что район теряет в качестве.

Для развития бизнеса с учётом сегодняшнего подхода к экономике органы местного самоуправления создают условия. Он в свою очередь обустраивает инфраструктуру. Однако отдалённые территории в такой подход не вписываются. Причины на поверхности: невыстроенная дорожная сеть, длительные низкие температуры, короткий навигационный период.

БОГАТСТВА ЖДУТ ИНВЕСТОРОВ

– Вариантов развития отдалённых северных территорий немного, – говорит Алексей Ивлиев. – Например, можно вернуться к прежней советской дотационной схеме, понимая, что организации на севере края также должны получать полный спектр финансовой поддержки.

Это касается и коммунальщиков, которых загнали в рыночную экономику. Рост цен на топливо практически не регулируется и, как раз тогда, когда его нужно закупать, может моментально повыситься на 20–30 процентов. Но при росте цены на топливо мы не можем повышать тариф более чем на четыре процента. Вот и выходит, что топливо мы закупаем заведомо выше его тарифной стоимости.

В советское время это называлось «убыточным предприятием». Убытки при этом закладывались в смету. Мы пытаемся возмещать их предприятию, но возможности для этого имеются далеко не всегда.

– Но ведь Аяно-Майский район по своему потенциалу – тем же полезным ископаемым и металлам, достаточно богатый…

– Геологическая разведка у нас ведётся. Но пока горнодобывающие предприятия работают на изысканиях 1970–1980 годов. Новая разведка стоит немалых денег. Но активность в этом направлении действительно заметна.

– А что с другими проектами? Помнится, компания ГЛОБАЛТЭК планировала строить в районе завод по производству сжиженного газа, тянуть трубопровод из Якутии, устанавливать на берегу Аяна СПГ. Этим планам суждено воплотиться?

– Конечно, это могло бы вдохнуть жизнь в район. Как раз сейчас по этому проекту связываюсь с руководством компании, а она наша, российская, которая в своё время выкупила Якутскую топливно-энергетическую компанию.

Изыскания ведутся. Но проект временно приостановили. Отчасти из-за того, что в строительстве завода используются незаменимые зарубежные уже готовые изделия. Их завозили и собирали на месте, но в связи с санкциями всё застопорилось. Тем не менее компания от своих начинаний в нашем районе не отказалась и через какое-то время планирует к ним вернуться.

Такая перспектива наиболее реалистична, чем отдельно выделение сегодня северов, при котором потребовалась бы отдельная нормативная база, большие средства, изменение самой системы и подхода к ней.

– Ждёте крупных инвесторов?

– Безусловно! И как только они зайдут, начнутся реальные преобразования. Так, например, в Туруго-Чумиканском районе с открытием морского порта Эльга появились многочисленные рабочие места. Только на железной дороге заняты около полутора тысяч человек, ещё две тысячи – в порту.

А ведь это якорный проект, к которому смогут и другие районы подключиться. Надеюсь, что и мы в будущем можем использовать возможности порта, учитывая, что от нашего района до строящейся железной дороги всего около 200 километров. Если построить хотя бы автомобильную дорогу, логистика заметно изменится.

– А сегодня как завозите грузы?

– Навигация уже идёт. Пришли первые пароходы, нагруженные продуктами питания.

И дорогу начали готовить, чтобы с июля она заработала.

Продолжится доставка стройматериалов. К началу учебного года планируем завершить первый этап капитального ремонта школы в Нелькане. ООО «Омега» оказало нам огромную помощь по доставке строительных материалов. Часть их завезены по зимнику, остальное – морем.

ГДЕ ДОРОГА – ТАМ ЖИЗНЬ

– А какие настроения у местных жителей?

– Сам уклад жизни нашего района – сельский, деревенский и, в отличие от города, предполагает стабильность. Отдалённые северные территории – пример традиционного семейного уклада.

Однако справедливо мнение о том, что сейчас построить жильё в Аяне или, например, Нелькане – дороже, чем приобрести квартиру в Хабаровске. Но люди хотят жить комфортно, выросшие дети стремятся отделиться.

У нас действует программа по выезду из северов. Сертификаты предоставляются людям с ограниченными физическими возможностями, а также тем, кто в своё время приехал и отработал на севере края 15 лет и более. У них есть возможность приобрести по сертификату квартиру в любом другом регионе Дальнего Востока.

Казалось бы, такая возможность способствует оттоку населения с северов. Возможно, стоит пересмотреть эту программу и, наоборот, увеличить меры поддержки местного населения.

Впрочем, с чемоданами на отъезд никто не стоит, хотя есть те, кто всё же покидает район. Чаще всего это люди, у которых уехали дети и зовут к себе. Большая часть местного населения считает район родным домом, где пущены корни, поэтому не уезжает, продолжает жить в районе.

– Принятая федеральная программа о развитии Дальнего Востока и Сибири стала ощутимой поддержкой?

– На западе страны есть понимание, что север – это особые территории со своими проблемами, а значит, нужна и поддержка, и индивидуальный подход. Вот только принятая программа помогает развитию скорее южным и центральным районам Хабаровского края. Северяне остаются в стороне. Исключение разве что порт Эльга.

В своё время я предлагал принять отдельную краевую программу поддержки наших северных территорий.

– Сейчас продолжаете на этом настаивать?

– Конечно. Но и тут наталкиваемся на экономические преграды. Ведь большие средства, которые требуются на развитие отдалённых территорий, просто не соизмеримы с количеством проживающего здесь населения. Судите сами, на 162 тысячах квадратных километрах в нашем районе, как показала последняя перепись, проживают всего 1750 жителей. Плотность – 0,019 человек на квадратный километр. Казалось бы, что можно предпринять при таком положении дел?

Тем не менее, помнится, ещё в 2016 году поднимался вопрос о строительстве дороги Югорёнок – Нелькан – Аян как продолжения федеральной трассы. Но краю не целесообразно вкладывать в неё средства. Якутии, в свою очередь, по-прежнему интересен выход к морю. А это, возможно, дало бы развитие прибрежной части нашего района.

Впрочем, скептики высказывают мнение, что в таком случае Якутия станет лоббировать собственные интересы и начнёт поддавливать местных предпринимателей. Но рано или поздно это всё равно произойдёт. Недаром существовал аяно-якутский тракт, ведь где дорога – там жизнь. С её появлением в районе начнётся страница в развитии.

МАСТЕР-ПЛАН АЯНА

– Если поставить себя на место тех, кто проживает в отдалённом районе, то с чем сталкиваются люди? Чего хотят? С чем обращаются к вам за помощью?

– Люди всегда хотят прежде всего быть здоровыми, при необходимости вовремя обследоваться, но для этого, помимо участкового фельдшера, нужны узкие специалисты. А у нас есть далеко не все. Стало быть, требуются квоты на лечение в хабаровских клиниках, а также возможность оперативно вылетать из района и возвращаться.

В кадры упирается и вопрос образования, которому уделяем особое внимание. Важно, чтобы дети занимались у хороших педагогов в комфортных и уютных классах, посещали дополнительные кружки.

В магазинах хочется, чтобы всегда было что-то свежее, прежде всего молочная продукция, детское питание.

И, конечно, пока живём в веке товарно-денежных отношений, вопрос по зарплатам не на последнем месте. Порой старшее поколение сетует о том, какие были возможности и насколько сложнее жить стало теперь. Но по сей день многие едут работать на севера вахтовым методом на золотодобывающие предприятия. Всё потому, что там высокие зарплаты. На такую работу очереди выстраиваются. Проводится качественный отбор.

Так, в самом деле, не пора ли и бюджетникам пересмотреть северный коэффициент и надбавки, которые не менялись со времён 1960-х годов прошлого века? Если зарплата у них вырастет до 200 тысяч рублей, то появится поток желающих приехать на работу, и тут начнётся отбор лучших. Это в корне бы изменило ситуацию дефицита кадров на северах.

– Но системного подхода не просматривается?

– Пока закрываем лишь точечные проблемы. Хотя серьёзные подвижки возможны при пересмотре северных льгот и налоговых отчислений в сторону увеличения на территориях, где работают крупные предприятия. Это закрепило бы северян на местах.
– Знаю, что и для вас Аян стал родным домом. А ведь вы с запада. Как же так получилось, что приехали и остались?

– Дело в том, что я из семьи военнослужащего и в своё время сменил семь школ. Оседлая жизнь была не для меня. Но в 90-е, семья осела в Аяне, куда забросила судьба.

– Какие задачи ставите, как глава района?

– Помимо текущих сезонных дел, которые, конечно, преобладают в повседневной работе, есть и долгосрочные задачи. Например, за ближайшие три года планируется провести капитальный ремонт во всех учебных заведениях, модернизировать объекты коммунального хозяйства, построить новый клуб в Нелькане и там же завершить строительство амбулатории.

Что касается стратегии, то выстраивать её самостоятельно северные районы сегодня просто не могут. Ведь речь идёт о больший управленческих решениях, которые принимаются на основе анализа ситуации, экономических, кадровых, материально-технических возможностях и необходимой нормативной базы. Часть этих решений отнесена к федеральному и краевому ведению.

Сейчас на слуху мастер-планы Хабаровска, Комсомольска-на-Амуре, под которые заложены большие средства, а значит именно эти задачи будут решаться прежде всего. А почему бы не создать мастер-план Аяна?

Мария СМИРНОВА.
Фото автора.