- Вообще-то в послевоенные годы все служащие, которые так же, как я, встречали на пограничных катерах атомные подводные лодки, давали расписку сроком на 20 лет о неразглашении этой деятельности. Прошло больше полувека, поэтому я уже не делаю тайны из своей службы Родине.

Из Украинского города Макеевки Донецкой области меня направили на Дальний Восток, где я и остаюсь до сегодняшнего дня. А служба моя началась летом 1958 года и сразу с назначения боцманом на рейдовом катере. Очевидно, с перспективой, что в скором времени стану старшиной. Так и вышло! Спустя год, когда к нам приехал адмирал - командующий флота Фокин, я встречал его уже в звании старшины второй статьи.

На рейдовых катерах мы служили по четверо. Только не подумайте, что судна у нас были маленькие - 22 метра в длину! Порой мы перевозили на них более 20 человек.

Первая моя встреча с японцами, которые начали с нами дружить, произошла в заливе Чихачева между поселками Мангалом и Круглым Ульчского района. Когда-то, еще во время Великой Отечес­твенной войны, это была самая боевая бухта. В тот день погода была туманная, в заливе неспокойно. Подошли мы к японскому судну, поднялись на борт. Наше общение проходило на японском языке через переводчика, хотя многие японцы прекрасно изъяснялись на русском. Карта, которую они нам показали, оказалась с очевидными исправлениями, было заметно, что какие-то обозначения на ней стерты. Мы заподозрили, что у себя на судне их команда кого-то скрывает. Тогда мы выстроили всех присутствующих на палубе и насчитали 20 человек. Но ведь мы слышали еще чьи-то голоса. Не могло же показаться. Решили проверить все судно.

И обнаружили - более десяти. Правда, не сразу. Сначала мы долго ходили по судну в поисках скрытой двери. Она оказалась замаскирована. А когда я туда зашел, японские подпольщики предлагали мне выпить водки, чтобы расслабился и закрыл глаза на это преступление. Разумеется, я отказался! «Сверхштатников» задержали и отправили назад.

Запомнился и другой случай. Однажды, когда через Де-Кастри из Комсомольска-на-Амуре в Приморье везли очередную атомную лодку, она опустилась на глубину и вдруг вынырнула, да так резко, что подпрыгнула над водой, как рыба. «Плавающая акула» - так мы ее прозвали.

Однажды нас направили в залив Чихачева. А пока мы там находились, началась непогода. Волна поднялась выше десяти метров! Рейдовый катер накрыло. Вынырнули мы только чудом. Вернулись живыми.

Служба в те годы длилась до пяти лет. На флоте - четыре года, а я прослужил около трех лет и попал под сокращение в составе миллиона 540 человек. Эту цифру я запомнил на всю жизнь. После сокращения «дослуживать» на Дальнем Востоке меня оставила жена Софья Григорьевна. С мастера я дослужился до управляющего трестом, где и проработал более 40 лет.

Павел МИЩЕНКО, заслуженный строитель России, лауреат премии Якова Дьяченко.