Прекрасно понимая, какой «дальнобойностью» обладает газета «Тихоокеанская звезда», хотел бы я получить какой-то сигнал хотя бы от одного из бывших сослуживцев.

На фотографии 1954 года запечатлены сержанты (нижний ряд) и солдаты взвода связи во главе с его командиром (в центре) - лейтенантом Феоктистовым. Взвод входил в состав батальона, который обслуживал работу авиаполка штурмовиков-истребителей ИЛ-10, базирующегося в с. Михайловка Приморского края. Обратите внимание: все 6 сержантов, получивших тогда новую форму, старше своего командира! В то время продолжительность срочной службы в авиации составляла 4 года, а время со дня призыва и до окончания года в срок службы не засчитывалось. Поэтому призванным в армию в начале года пришлось отдавать свой воинский долг Родине около 5 лет.

Я обращаюсь к вам, дорогие военнослужащие - срочники Российской армии! Сравните один год вашей службы с четырьмя годами нашей. Ведь мы были тогда такими же молодыми, как и вы, хотели свободно учиться, любить, трудиться, создавать семьи…
В том же году всех сержантов демобилизовали. Моя служба проходила на телеграфе, расположенном вблизи штаба полка, в том же здании, где находились офицеры-летчики, дежурные по гарнизону. Все они были большими любителями шахмат, а я играл с ними на равных.
Всех наших ефрейторов (на снимке их четверо) повысили до младших сержантов и назначили на освободившиеся должности. А меня, переведя в ефрейторы, заставили исполнять обязанности начальника как телеграфа, так и телефонной станции, заменив сержанта и старшего сержанта. Я считал это несправедливым. Офицеры (шахматисты) посоветовали: «Иван, ты находишься на службе и обязан нести ее еще лучше, чем предшественники, а лычки ефрейтора (в знак протеста) можешь и не носить - по Уставу это ненаказуемо». Я так и сделал, по-видимому, как-то неубедительно объяснив это командиру взвода. Он, тоже, видимо, в знак протеста, до конца службы не представлял меня к повышению звания.

Несмотря на эти мелочи, взаимоотношения с командиром, сержантами и солдатами были дружественными: они меня называли шутливо - рядовой ефрейтор.

Я систематически ходил на лыжах, участвовал в дивизионных соревнованиях. Призов, кроме шариковой ручки (в то время она была редкостью!), не получал. Очень своеобразно занимались лыжным спортом авиамеханики и стрелки-радисты, получавшие повышение зарплаты. По выходным дням они совершали групповые «олимпийские» пробеги… за водкой по лыжне на 30 км, до соседнего села и обратно, с обязательным учетом затраченного времени. Физорг полка лейтенант Шведчиков анализировал их результат в начале, середине, конце зимы и был доволен. Правда, почему был выбран этот маршрут, он не знал...

Иван Карякин.