Местный Шумахер, он же Толя Охрименко лихо закладывал на тракторе-колеснике виражи по снежной слякоти не огороженного машинного двора в селе Котиково, подтаскивая на тросе отслужившие сельский век ржавые железки в кучу-малу. К вечеру кое-что насобиралось, и ржавчину погрузили на тракторные тележки.

- Новый директор распорядился, Михаил Исаев. Завтра едем в Забайкальское - за сеном. По пути на базе в райцентре и сдадим металлолом… В кассе - ни копейки, - объяснили ремонтники, свыкшиеся с безденежьем.
Так здесь готовились к весенне-полевым работам…
- А где же старый директор - Михаил Мельник, он же и года не отработал? - спросил я, удивившись совпадению имен.
- Мельника-то? Сняли… На днях… Дисквалифицировали…
- За что?
Долгое молчание.
- Повод всегда найдется. Начальству виднее. Оно нас не спрашивает…
Складывалось впечатление, что деревне, крестьянам уже без разницы, кто будет ими рулить, кто из очередных «спасателей» попытается реанимировать государственное сельхозпредприятие. А оно - в кризисе. Чьи корни не в дежурной смене председателя колхоза, а в чем-то более глубинном. И символическая куча металлолома, которую мужики весной решили поменять на электроды, чтобы заварить плуги к пахоте, наглядно иллюстрирует, к какой черте подошло село.
Люди забыли, когда они расписывались в ведомостях на зарплату. К главному бухгалтеру А.Н. Червановой ходоки и не заглядывают. А зачем? Расстраиваться? Поплакаться в платочек? Дояркам, механизаторам сегодня милее судебные приставы из райцентра. Законники хоть что-то возвращают по судебным искам.
Довелось познакомиться с некоторыми цифрами. Кроме боли в голове, у землепашцев и операторов машинного доения они не вызывают. Назову несколько: долг по зарплате достиг астрономической суммы - 8 млн. 986 тысяч рублей, кредиторская задолженность составляет 29 млн. рублей, убытки превысили девять миллионов рублей, за неуплату налогов «набежало» 12 млн. 409 тысяч рублей… Электроэнергию и ту отключили. Спасибо Чубайсу, хоть фермы не трогают: табу. Энергетики не решаются (из-за огромных долгов селян) перекрыть рубильник. Похоже, понимают: свежего молока в крае и без того мало, а может, смилостивились, «вошли в положение» котиковцев, у которых молоко - практически единственный полуусохший денежный ручеек (35-40 тысяч рублей в день) выручки. И это, считай, на пять деревень: Котиково, Шереметьево, Виноградовку, Кедрово, Глебово. Их-то и объединяет КГУСП «Котиковское», банкрот-агрохолдинг. Многодетные семьи, рассказывают, доведены до отчаяния: скотина, птица в личных подворьях изведены, денег нет, пекарня в Шереметьево остановлена, раньше хоть хлеб выдавали животноводам. Доходит до того, что отдельные хозяйки стирают белье, доставая золу из печи… Словом, полный дефолт.
Смену караула
в районе не ждали
Думаю, скажи котиковцам, когда директором был Б.Л. Ежеля (кого знали и уважали - и было за что - вся краевая агроэлита и крестьянская общественность), что они дойдут до такого состояния в 2006 году - ни за что бы не поверили. Рожь у Ежели в поле стеной стояла, о пшенице с ячменем и речи нет: урожаи были стабильные, за надои тоже не стыдились, конеферму и ипподром даже завели… Первыми в крае. А уж дисциплину Борис Леонтьевич и без парткома так держал, что в селе до сих пор вспоминают. Словом, деревней управлял Хозяин. Была личность, которая ее, деревню, крепила и ценила. И защищала в силу отпущенных полномочий. Потом началась чехарда с директорами.
Недоумение, и не только в деревнях, но и в райцентре, вызвала и последняя смена караула, сделанная в самом разгаре подготовки к весне. В отделе сельского хозяйства районной администрации признались: «Мы и не знали об этой перестановке… Положение в Котиково тяжелое. Но с приходом М.И. Мельника, управленца из Красицкого, стало выправляться. Выплатили бы компенсацию за потери, связанные с ящуром, а это 3,5 миллиона рублей, и обстановка, поверьте, была бы другая…».
Ее не выплатили. Хотя все документы были собраны и отправлены в Хабаровск, а потом и в Москву.
Ящур, поразивший в августе прошлого года дойное стадо в Шереметьево, а в декабре болезнь проявилась еще и в Котиково (ее после проведенной вакцинации скота сумели быстро локализовать. - Ред.) пагубно отразилась не только на жизни сельчан. Но и на экономике всей отрасли. Во-первых, животноводы понесли огромные потери: погибли десятки коров. Во-вторых, во время карантина молоко, как товар, не котировалось: его попросту сливали в яму и частично, перекипятив, спаивали телятам. В-третьих, продуктивность стада после такой нежданной «шоковой терапии» упала до предела. Сегодняшние надои в 4-5 кг молока от коровы в пик отелов не спасут никакого директора.
Здесь нужны «кардинальные меры» - и самого КГУСП «Котиковское», и района, и министерства сельского хозяйства, если оно, конечно, не хочет, чтобы с аграрной карты края исчезло еще одно сельхозпредприятие. Тут бы, наоборот, консолидировать усилия, но к М.И. Мельнику в самый неподходящий момент была применена крайняя мера: дисквалификация руководителя. За невыплату заработной платы трудовому коллективу. Мировой судья Г.Г. Пономарева, руководствуясь Кодексом об административных правонарушениях, вынуждена была принять такое решение. И к ней никаких претензий.
- Ситуация один в один, как и с М.В. Исаевым, - рассказывает Галина Григорьевна. - Год назад я его дисквалифицировала. За то же самое. Но его почему-то вернули. Причем на то же долговое «наследство», что лично он во многом и оставил…
В котиковских хрониках факт перехода власти зафиксирован таким образом. 7 марта, памятуя о забытых ныне традициях, М.И. Мельник выкроил в плотном рабочем графике время и прямиком в Шереметьево. На ферму, в бригаду Л.Н. Ковтун. Повод для директора более чем подходящий: 8 Марта. Не поздравить, не поддержать еще раз морально и материально женщин, доярок А.Ф. Куницу, В.Ф. Парамонову, И.И. Кирий, Е.В. Ухову и других, по сути спасших ферму от разорения, Михаил Иванович не мог.
Каждой он вручил по тысяче рублей, по шоколадке-презенту, приободрил словом, стараясь вселить надежду. Не все, дескать, бабоньки, потеряно, доживем до сева, выгоним скотину на пастбище, выкрутимся, возьмем кредит и, глядишь, завернет и на нашу улицу праздник. У Мельника, говорили мне, уже был план по выходу хозяйства из тупиковой ситуации. Кто понимает специфику отрасли, знает: сельское хозяйство - не фунт изюма, тут надо не «командовать», а управлять процессом, найти подход не только к людям (все-таки пять деревень), но и к каждому полю, знать его особенности и т.д. и т.п. Тут бы поберечь управленца, поддержать его в трудный час, но в минсельхозе, похоже, поступили иначе.
Мировой судья призналась, что по-человечески она понимала положение, в каком оказался М.И. Мельник. И если бы за него походатайствовали, как это произошло с Л.А. Петуховым в КГУСП «Заря», которого тоже хотели снять с директоров за те же «грехи» (невыплату зарплаты), то Галина Григорьевна могла бы найти и другое решение. Но за Мельника, в отличие от Петухова, почему-то власть не вступилась. Хотя он в течение года сумел рассчитаться с частью исаевских долгов, как мог поддерживал механизаторов - пашня-то нешуточная: 4500 гектаров. Понятно, что всем мил не будешь, были и есть и у него недоброжелатели, не всем сегодня в деревне нравится мельниковский принцип: каждому быть экономистом. Однако уже 9 марта сюда, в Шереметьево, завернула высокопоставленная делегация минсельхоза и привезла… нового директора - М.В. Исаева. Как говаривали наши предки три-четыре века назад: вот тебе, бабушка, и Юрьев день.
- Возможно, - не скрывал в разговоре М.И. Мельник, - и у меня были ошибки, но я хотел как лучше… Увы, сегодня я не у дел, хотя земля, деревня для меня - главное дело жизни…
Наш губернатор, жители это знают, обязательно объезжает в пиковые моменты сельской страды житницу края - его южные районы. Отсюда во многом кормится и 600-тысячный Хабаровск - картофелем, овощами, арбузами, свежим молоком и т.д. В прошлом году побывал В.И. Ишаев и в Вяземском районе. Заглянул, осматривая поля, и в Котиково. Посадил там в свою машину М.И. Мельника, как штурмана, на переднее сиденье, и отправились они в объезд котиковских нив и угодий.
О чем уж они там в деталях беседовали, история умалчивает. Только хмурый до того губернатор, утверждают очевидцы, после общения с Мельником посветлел.
- Ты чем на него повлиял? - шепталась сопровождающая свита чиновников.
Чем-чем, да ничем. Губернатор не слепой, видит, чувствует, кто перед ним. Мельник ему все о производстве, о проблемах, как они есть, - в открытую. И не в упадническом духе, а в конструктивном. О том, что пора бы закупать в край сеялки, которые бы в один след делали сразу несколько операций, а не утрамбовывали, не уминали из года в год землю гусеницами и колесами и т.д. Производственник всегда чует производственника - человека конкретного, делового, без лишних слов. Будь он сельской или заводской кройки. В конце объезда Виктор Иванович пообещал Мельнику машину. И через две недели в Котиково раздался звонок: «Приезжайте, забирайте…».
И вот финал: Мельник, вы лишний в национальном проекте по развитию АПК. Справедливо ли?

Борис ФЕДОСЕНКО.