Сегодня художнику нашей редакции Николаю Садовому исполняется 60 лет. Нет в «Тихоокеанской звезде» человека, которому Николай Константинович, работающий здесь уже три десятка лет, хотя бы однажды не помог. Не только советом или добрым словом - делом!

Николай - человек уникальный. Не в том смысле, что в редакции всего один художник: в штате их несколько. Садовой уникален тем, что счастливо сочетает в себе качества, как сказали бы в 60-е годы, «физика» и «лирика».
Помните, великий Пушкин говорил насчет того, что «в одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань»? А «технарь» Садовой (за плечами строительный техникум, последующая работа техником и инженером в организациях по этому профилю) в свободное время писал картины. И делал это, между прочим, превосходно. Рассказывают, что за исполненную им репродукцию известной картины «Зефир и Флора» какой-то местный коллекционер предлагал очень выгодный обмен, но Николай предпочел оставить картину дома. Самому, говорит, нравится.
Его кисти, между прочим, принадлежит в числе прочих портрет почетного гражданина Хабаровска Всеволода Сысоева. Эта работа очень приглянулась самому герою. Тот еще удивился: я же вам, Николай, не позировал, как же вы так точно все уловили? Особенно руки! А Садовой, который писал портрет, в основном, по фотографиям, оказывается, как-то увидел Всеволода Ивановича в поликлинике, в очереди, вот и подметил кое-какие детали в облике и поведении писателя.
Но картины - это, скорее, для души, творческого отдохновения. На практике Николаю чаще приходится иметь дело с нашими «творениями», которые к шедеврам литературного жанра не отнесешь. Когда нет хорошей фотографии к материалу, Садовому заказывают коллаж. И часто именно после «последнего штриха» в его исполнении саму публикацию можно пробегать глазами лишь по диагонали, настолько образной, точно передающей суть материала, бывает иллюстрация «от Садового».
В кабинет художника, между прочим, заглядывают не только по «производственной необходимости». Любой из нас уже давно неисправную мелкую бытовую технику несет не в соответствующие мастерские, а к Николаю Константиновичу. И он возвращает ей вторую, а иногда и третью жизнь. Поковыряться в этом «хламе» и докопаться до причины неисправности Садовому - тоже в удовольствие!
Сам Николай истоки своего «универсализма» объясняет исключительно генами: отец, мол, хотя и имел всего четыре класса образования, подал не одно рационализаторское предложение, а в свободное время он охотно рисовал, играл на музыкальных инструментах... А главное, родители всегда поощряли стремление своих детей (шесть мальчиков и одна девочка!) построить модель, что-то соорудить своими руками. «Мы дома с братьями даже движок, где-то найденный, запускали!» - улыбается Николай, вспоминая ту беззаботную пору.
Про золотые руки и острый взгляд нашего художника в редакции всем известно. Но тут, при подготовке к его юбилею, вдруг выяснилось, что Николай в молодости кое-чего добился и в… скоростном беге на коньках. Был, в частности, призером первенства Сибири и Дальнего Востока на «пятисотметровке».
Вот я и говорю: талантливый человек талантлив во всем. Полагаю, примерно такие же слова в свою честь Николай в эти дни еще услышит…
С юбилеем, Константиныч!

Геннадий ГАПОНОВ.