Вот-вот зацветет липа, и незримая река медового аромата польется от нее по разнотравью. Пчелы слетятся на посветлевшие от цветения зеленые шатры. На этот гудящий и мельтешащий праздник жизни. Но состоится ли он? В редакцию обратился пасечник, который рассказал о том, что на месте липовых рощ в районе реки Хор, куда он ежегодно выезжает кочевать с уликами, остались одни пни. Двадцать восемь здоровых деревьев были срезаны под самый корень.

«Почему после кратковременного запрета липа опять попала в рубку?» - задал я вопрос директору Дальневосточного НИИ лесного хозяйства Александру Ковалеву. В ответ услышал, что ситуация с этой древесной породой у нас вполне благополучная. Она растет в Нанайском, Вяземском и им. Лазо районах. Липа неприхотлива, растет практически повсюду. Неплохо возобновляется. Стоит, к примеру, ее вырубить, как появляется юная поросль. Молодняков у нас ни много ни мало, а миллионы гектаров, они-то и могут дать со временем миллионы кубометров деловой древесины. К тому же в рубку сегодня идут в основном переспелые деревья. Не оставлять же их гнить в тайге. К тому же тревога пасечников напрасна: лесорубы не трогают тонкомер, из него бревна точно не получишь. Такова позиция науки.
То, что липы у нас много, враки
«Липовым садом» называют район имени Лазо местные жители. Во время моей поездки до Долми, а потом до Солонцового навстречу то и дело попадались лесовозы со стволами такой ширины в обхвате, что я только диву давался: неужели и липа может вырасти до такой богатырской величины? Сопровождавшая меня в этой поездке главный лесничий Хорского лесхоза Татьяна Мотрук подтвердила, что липа в рубку разрешена, ее здесь столько, что лесная пчела найдет, с чего нектар брать.
По ее словам, липу напрасно отнесли к ценным породам леса. Оставлять ее в лесу сегодня - все равно, что картошку в огороде в зиму. Сегодня на нее есть спрос в Китае. Наши соседи наловчились делать из нее жалюзи на окна и гнутую мебель.
А если завтра в цене будет осина, послезавтра - ольха, а потом - тополь (кстати, у китайцев и на эту породу сегодня появился спрос), мы что, по каждому дереву будем слезы лить? Да, есть ограничения по липе: ее заготовка в радиусе пяти километров вокруг населенных пунктов запрещена, рубить стволы диаметром меньше 32 сантиметров нельзя. Но эти ограничения липу не спасают, леса вокруг деревень сквозят, как решето, от браконьерских порубок.
За Долми на самом солнцепеке в нескольких метрах от раскаленной автотрассы в придорожном карьере стоят кочевые пасеки. Десятки уликов, а вокруг них хлопочут пасечники из Хабаровска. Спрашиваю, каковы виды нынче на лесной урожай.
- То, что липы у нас много - враки. Тает липа на глазах. Не будет ее, не будет и меда. В Приморье ее рубить запретили, а у нас почему сводят? - вопросом на вопрос отвечает мне пасечник Гавриил Овчинников.
Едем час, едем два по разбитой вдрызг дороге. И справа, и слева - только сопки, покрытые клочьями тумана. Из-за перевала выползают груженые лесовозы. Всю дорогу до таежного поселка, где нас ждали лесники, я допытывался у Татьяны Мотрук, почему на 300-километровом пути от Хабаровска до Солонцового нет ни одного милицейского поста, хотя бы один для острастки поставили на долминской развязке. Ведь именно отсюда направляется в Хабаровск поток липы, ясеня, дуба. Неужели вся эта древесина легальная? На что главный хранитель здешних лесов отвечала, что задача лесной службы сегодня - подсчет пней на лесосеках арендаторов, чтобы они не заходили за их границы. А вообще, с очередной реорганизацией в лесхозах лесники переживают стресс. Федеральным законом №199 с 1 января лесная охрана ликвидирована, вместо нее родилась новая структура - Росприроднадзор, которой и присвоен статус новых охранителей леса. На весь край сегодня - пять инспекторов на 45 лесхозов, только они имеют право составлять протоколы и налагать штрафы на нарушителей. Кроме лесных угодий, без охраны остались заказники - егерская служба тоже ликвидирована. Все это привело к абсурдной ситуации: в лесу теперь хозяин - браконьер. К тому же «государевы люди» лишились своей традиционной одежды - форменных кителей с дубовыми листками в петлицах, а также оружия.
«Воровайки» сплошь и рядом
Липу, вернее конфискованные бревна у браконьеров, я увидел во дворе Хорского лесхоза в Бичевой. А рядом с ними - целый парк «вороваек». С помощью их рубится, трелюется, вывозится с делян криминальная древесина.
- Здесь пятнадцать единиц, в Лазовском лесничестве - шесть. повесили на нашу шею силовые структуры, - говорит директор Хорского лесничества Богдан Мотрук.
Вывозка техники из леса и хранение обошлись лесхозу в 270 тысяч рублей, но их хозяева забирать ее не торопятся. Кому же охота штрафы платить. Но не пойманных воров у здешней милиции большинство. Кругляк липы, а это сотни кубов, за месяцы ожидания своей участи посинел на солнце и годится разве только на дрова. Тысячи рублей потеряло государство от его содержания под стражей. Но и на дрова пустить липу нельзя, пока ведется следствие. Сегодня лесом и иными ресурсами криминального происхождения распоряжается Российский фонд федерального имущества. Только эта структура нынче может выставить на торги все это богатство (цена, к примеру, одного трелевщика - порядка 700 тысяч рублей). Но не получится ли так, что покупателями окажутся все те же браконьеры, которые выкупят все это добро за бесценок?
А между тем жители Бичевой, в основном это пенсионеры, пишут в редакцию гневные письма: дескать, дров у лесхоза не допросишься. Неужели жить в лесном краю и быть без дров?
«А вы пройдите по селу, у каждого - дровяники выше забора», - пришлось услышать от директора лесхоза. Собственными глазами пришлось увидеть во многих дворах многоярусные поленницы дров. Встречались здесь не только липа и ясень, но кое-где и кедр. А когда порасспросил их хозяев, на что они жалуются, то они в один голос говорили о том, что за ордером на выписку девяти кубометров дров сегодня надо побегать. Сначала надо в лесхозе выписать три счета - на земельный налог, за лесной отвод и т.д., оплатить их на почте, затем опять к лесникам. Заготовка дров превратилась в волокиту. Да и цена машины дров для тех же пенсионеров - 10 тысяч рублей, дороговато.
На все это Богдан Мотрук только улыбался: лукавят селяне, ни один из них в прошедшую зиму не замерз, все печи топились исправно. А счета не он придумал, а сверху. Проблем с топливом в предстоящую зиму может не быть, если глава администрации Бичевой побеспокоится о людях. Для этого надо вовремя вывесить объявление, подать списки, помочь оформить счета, как это сделали в Полетном, где, к примеру, не только привезли поленья, но и покололи их пенсионерам.
- Много ли осталось липы в лесхозе? - допытывался я у Мотрука.
На карте, которая висит в его кабинете, он показал мне желтые пятнышки в окружении синего и фиолетового цветов - ельников и березняков.
- Липы у нас на площади в 923 тысячи гектаров процентов 25 будет.
А потом добавил, что качество таксационных работ, то есть инвентаризация лесного фонда, оставляет сегодня желать лучшего. Последний раз ее сделали методом дешифровки аэрофотоснимков. А что можно увидеть с воздуха? Отсюда много недоразумений с арендаторами, которые приходят рубить лес, а вместо липок находят пеньки.
По его мнению, с принятием нового Лесного кодекса мы можем потерять не только липу, но и весь лесной ресурс. В нем записано, что перед передачей леса в аренду необходимо произвести его кадастр, то есть детально прописать, что произрастает на данном участке, в каком объеме и качестве. Денег на это сверху не отпущено ни рубля. Зато их может заплатить будущий арендатор с последующей компенсацией от государства. Что это напоминает? Правильно, знаменитые залоговые аукционы эпохи приватизации, когда госсобственность уходила будущим олигархам за бесценок, да государство им еще за это и приплачивало. Теперь теми олигархами озаботилась прокуратура…

Александр САВЧЕНКО.