На Центральном продовольственном рынке Хабаровска сломали павильон «Рыба», товары которого пользовались особым спросом у горожан.

Завсегдатаи этого многолюдного места разнесли по краевому центру весть, что торговый комплекс ликвидировали за ненадобностью. Дескать, «рыба в крае кончилась», и торговать ею не будут, а повезут нам норвежскую форель, атлантического палтуса и какую-нибудь нотатению или того хуже - престипому по триста и более рубликов за кило. Так из заурядного факта ликвидации рыбного зала делаются далеко идущие догадки и предположения, выдаваемые за неоспоримый и проверенный факт.
На самом же деле павильон «Рыба» как вариант временный свое отслужил, за пять лет обветшал и перестал удовлетворять изменившиеся требования и продавцов, и покупателей. На его месте будет построен новый комплекс торговли дарами рек, морей и озер, может быть, в пределах тех же торговых площадей, но с улучшенным оборудованием и условиями работы. Отчего же будничный по своей сути факт с павильоном «Рыба» вызвал такую активную реакцию хабаровчан?
Лет двенадцать-пятнадцать назад в пределах нашего края работало и уверенно преуспевало примерно двадцать-двадцать пять рыболовецких колхозов - на Среднем и Нижнем Амуре, Охотском побережье, в полосе Татарского пролива. Сегодня их осталось лишь несколько. Зато на благодатной для рыбного бизнеса почве возникло 186 предприятий различных форм собственности. На Амур и Охотское побережье пришли предприимчивые люди. И ведь в большинстве своем не коренные дальневосточники (местные свой час удачи, рот разинув, проворонили), а те, кто приехал из мест, где рыбного промысла отродясь не было, а были плов, бешбармак, шашлык.
В эти дни начинается время особенно активного рыбного промысла. Так что разговор на эту тему сегодня будет кстати. И мы пригласили принять в нем участие заместителя министра природных ресурсов, начальника Главного управления рыбной промышленности края Олега Костикова, его заместителя, начальника отдела экономики и договорных отношений Сергея Андрющенко и начальника отдела переработки Сергея Рябченко.
О. Костиков: - Начну с того, что по самым различным причинам запасы биоресурсов на Дальнем Востоке в последние годы сократились многократно. Казалось бы, в такой ситуации нужно было бы к их использованию подходить более бережно, расчетливо. Однако заявок на добычу рыбы стало, не в пример прежним годам, значительно больше. Ведь там, где раньше, допустим, был один рыболовецкий колхоз, появилось пять-шесть промысловых предприятий. И каждое из них получило свою «долю». В этом году в Амуре, например, разрешено выловить 600 тонн горбуши, 700 тонн летней и 450 тонн осенней кеты. Это тот предел, который определила наука, и он значительно ниже, чем в прошлом году. И сюда не входит так называемая нормовая рыба, которую могут взять члены национальных общин.
Кстати, в прежние годы в крае было сорок две такие общины, которых наделяли правом вылова нормовой рыбы. Сегодня же такое право предоставлено уже девяноста национальным объединениям. А ведь порой новообразованная община насчитывает два-три человека, объединяет две-три семьи. И зачастую члены такой общины живут в городах. Сколько они поймают рыбы, как ею распорядятся? Этого не знает никто.
Логично было бы сократить число тех, кому сегодня разрешено вести рыбный промысел. Для этого есть неплохое основание: еще три года назад губернатор края принял постановление о распределении квот на вылов рыбы. Там «прописаны» четкие условия: закрепление участков лова, наличие промысловых средств и перерабатывающих мощностей. Но у половины нынешних рыбодобывающих предприятий нет даже холодильных установок. А кое у кого и вообще ничего нет: ни флота, ни берегового оборудования. Есть только выданная межведомственной комиссией на пять лет «доля».
Но воспользоваться ею такой «рыбак» не может. И тогда он передает свои «объемы» тому, кто для путины имеет все необходимое. Он рыбу поймает, реализует и часть выручки передаст владельцу «доли». Получается, что за проданное народу принадлежащее добро «промысловик», и ног в воде не замочивший, деньги положил в свой карман.
С. Рябченко: - Наступление дефицита уже сегодня ощущается. Говорю это, чтобы подчеркнуть, в какое противоречие приходят отношения природы и тех, кто бездумно пользуется ее дарами. Чтобы сохранить объемы выпуска рыбной продукции, наш край в прошлом году купил «на стороне» квот на 50 тысяч тонн рыбы. Мы отправили в район на прибрежный лов свои суда и на них организовали приемку рыбы. Мы были вынуждены это сделать: хотя у нас есть достаточно средств, чтобы взять больше рыбы, но не позволяют биоресурсы.
Корр.: - «Интересная» ситуация складывается с наукой: она наносит немалый урон ихтиофауне дальневосточных рек и морей. В «научных целях» добываются сотни и тысячи тонн рыбы, краба, других морепродуктов. И вскоре все это оказывается на внутреннем, а чаще всего, на внешнем рынке. Вокруг этого вращаются огромные деньги. Неужто нельзя в этом навести порядок?
О.К.: - Мы отлично понимаем, что решение этой застарелой проблемы упирается в позицию правительства и лоббистов в Госдуме. Мы не один раз поднимали вопрос, что наука не должна заниматься хозяйственной деятельностью. Но и исполнительной, и законодательной власти это выгодно. И все же лед тронулся: с будущего 2006 года квоты на вылов рыбы и морепродуктов в научных целях выделяться не будут, а научные исследования будут проводиться на береговых предприятиях и на рыболовных судах. Ведь представьте, что в прошлом году для «научных целей» в Дальневосточном регионе было выловлено десять процентов общего улова. А в этом году наука отрежет от «рыбного пирога» уже его пятую часть. В дальневосточной зоне, например, из прогнозируемых на вылов восемнадцати тысяч тонн лосося науке отдается 2800 тонн. Совершенно ясно, что почти три тысячи тонн чавычи, кижуча, нерки, горбуши, кеты и так далее науке для своих исследований не потребуется. Да она и не в состоянии «охватить» такую массу рыбы. Значит, как и в прежние годы, начнется бойкая торговля квотами.
Корр.: - Позвольте, Олег Борисович, но вы же главное управление рыбной промышленности края и должны потребовать от руководителей Хабаровского отделения ТИНРО прекратить подобные безобразия.
О.К.: - В том-то и дело, что полномочий на такие директивные санкции у нас нет. Два года назад правительство России приняло постановление № 704 о закреплении «долей» на вылов рыбы. И такие управления, как наше, по сути дела потеряли прежнюю возможность влиять на ситуацию. Но все же у нас по-прежнему много всевозможных дел и проблем. На нас «замыкается» 180 предприятий, добывающих и перерабатывающих рыбу. И у каждого свои задачи и сложности, разрешить которые можно только на уровне управления.
Корр.: - Но мало поймать рыбу, ее ведь и переработать надо…
С. Андрющенко: - Жители нашего края в год потребляют около 32-33 тысяч тонн рыбы. Семьдесят процентов этого объема мы покрываем тем, что добываем сами. А тридцать процентов завозим от соседей. Но это та рыба и морепродукты, которые мы не добываем, то есть в наших водоемах этого нет. Еще два года назад мы приняли решение довести выпуск готовой продукции высокой степени переработки в 2005 году до десяти тысяч тонн. Но уже в прошлом году наши предприятия выдали 13 тысяч тонн. А в нынешнем будет 15,5 тысячи тонн.
Кстати, взят курс на то, чтобы не завозить морепродукты из Приморья, с Камчатки и Сахалина, а ловить самим. В этом году впервые в нашу промышленную квоту внесен кальмар. Кое-какой опыт его лова у наших предприятий уже есть. В прошлом году купили в Японии шхуну и кальмара ловили в Татарском проливе. Надеемся в этом году обеспечить продовольственный рынок края кальмарами собственного вылова. А потом будем осваивать мидии, гребешка, морскую капусту. Уверен, что все у нас получится потому, что есть неплохие примеры. Предприятия «ЧП Дьяков», «ДВ-Реал», «Дзиури» и другие выпускают и копченую, и соленую рыбу, и в мелкой упаковке, и пресервы. У нас есть предприятия, которые квот на вылов рыбы не имеют, но, располагая неплохой перерабатывающей техникой и оборудованием, работают на закупаемом сырье.
Корр.: - Федеральное агентство по рыболовству намерено с 2007 года перейти на выделение предприятиям «долей» на вылов лососей. Получается, что край потеряет возможность регулировать добычу кеты и горбуши?
О.К.: - Это намерение агентства по рыболовству у нас вызывает большую тревогу. И вовсе не потому, что мы можем лишиться некоторой части своих полномочий. Не в этом дело. А в том, что предприятие, наделенное «долей», будет по своему усмотрению распоряжаться ею: может отдавать в залог, перепродавать и так далее. И вполне возможно, что эта «доля» может оказаться на аукционе и уйти из края. Поэтому мы сейчас стараемся поддержать, создать условия для быстрейшего развития тех предприятий, которые занимаются переработкой сырья высокой степени. Ведь и свои, и сторонние обладатели «доли» повезут свое сырье не за тридевять земель, а на эти предприятия.
Корр.: - Чувствуется, что вы с некоторым неодобрением относитесь к наделению предприятий «долями». Разве это плохо, когда «рыбак» имеет вполне законное право поймать и продать точно определенное количество рыбы?
С.А.: - В принципе, конечно, неплохо. Но этот способ распределения имеет немало серьезных изъянов. В нашей экономической зоне закрепление «долей» началось в прошлом году. Но почти тут же обнаружились и существенные недостатки этого метода. «Доля» определяется на пять лет. Но ее владелец по какой-то причине, чаще всего криминальной, захотел поменять регион своей регистрации. И после трех дней оформления бумаг он из Хабаровского края может перебраться на Сахалин, в Приморье, на Камчатку. Куда угодно. И налог он будет платить в бюджет того субъекта Федерации, в котором зарегистрируется. А рыбу по своей «доле» будет ловить в водоемах нашего края. Потом снова ему понадобится перебираться в другое место. Мы считаем, что надо установить мораторий на перерегистрацию предприятия в другом месте на пятилетний срок действия «доли».
Второе. «Доли» получают даже те, кто поймать больше тонны рыбы не может. Это значит, что такой «рыбак» не сможет развивать свое предприятие, что он ловит рыбу для скорейшей реализации. Следовательно, он непременно будет «браконьерить», и уследить за ним будет практически невозможно. Отсюда следует вывод: чтобы навести порядок в рыбной промышленности края, нужно в ее системе оставить только крупные и перспективные предприятия лова и переработки рыбы. Мы готовы пойти на это. Но этого мало. Нужны решительные и выверенные действия центральных властей.

Леонид ГАПИЧ.