Заслуженному работнику культуры, отличнику кинематографии, старейшине российских кинопрокатчиков Василию Степановичу Бондарю 21 марта «стукнуло» 90 лет!

Накануне этой достойной даты я был у него в гостях, мы беседовали и вспоминали. Поразился я памяти этого человека: он помнил далекие уже годы, месяцы, даты, когда произошло что-то значительное в его жизни, называл фамилии и имена людей, участвовавших в тех событиях. Впрочем, они и сегодня случаются, неожиданные повороты на его житейском пути. В паспорте у него значится другой год рождения, 1916-й, и, стало быть, 90-летие переносится на год вперед. Но я читал архивный документ, в котором утверждается обратное.

- Когда жив был мой старший брат Константин, то однажды в разговоре мы сделали с ним такое открытие: поскольку брат старше меня на шесть лет (он умер не так давно в возрасте 94-х лет. - А.Ч.), то мой год рождения сдвигается, - рассказал мне Бондарь. - Я не стал искать, кто, когда и где внес в мою биографию эту ошибку, а написал в село, где родился, и стал ждать ответа. Он пришел и гласил следующее: церковь в Красицком давно сгорела, а документы могли сохраниться в краевом госархиве. Обратился туда, и в 2003 году мне прислали любопытный документ под названием «О подтверждении даты рождения».

Вот что в нем написано: «В архивном фонде церквей, миссий и приходов Дальнего Востока, в метрической книге Благовещенской духовной консистории Богородско-Рождественской Дормидонтовской церкви, в записях о родившихся в 1915 году значится Бондарь Василий Стефанович.

Дата рождения - 7 марта 1915 г. (в честь святого Василия, празднуемого церковью 7 марта (старый стиль. - Ред.).

Дата крещения - 9 марта 1915 г.

Родители: крестьянин Приморской области Хабаровского уезда, деревни Красицкой Стефан Иванович Бондарь и законная жена его Стефанида Никифоровна.

Оба православного вероисповедования. Основание: ГАКХ

ф И85 оп. 44 д. 311, л. 12».

…В семье Бондарей было три брата - Константин, Василий и Иосиф. Все трое прошли нелегкие испытания Великой Отечественной войны. Не вернулся с нее самый младший: Иосиф Бондарь погиб под Ржевом в 1942 году. Старший, Константин, ушел в отставку в звании инженер-капитана, а нынешний юбиляр, Василий Степанович, прибыл в родной Хабаровск старшиной из побежденного Берлина в октябре 1946 года.

- Когда был жив Костя, я не раз обещал ему, что хочу не отставать и прожить так же долго, как он. Но человек предполагает, а всевышний располагает, - размышляет юбиляр о собственной судьбе. - Что будет, не избежать никому. Смотри, как я теперь хожу…

Он встает из кресла довольно легко и знакомым мне широким шагом меряет комнату туда-сюда. Шаг тот же, широкий, как и прежде, но скорость другая, замечаю я, а Бондарь смеется и шутит: от тебя не отстал бы.

Братья Бондари (в живых сегодня и сестра) - из семьи украинских переселенцев (из-под Киева, уточняет юбиляр и называет село), осевших в селе Красицком на вяземских землях. В двадцатые годы семья перебралась в Хабаровск, куда отец ездил на работу на почту. Потом перебрался в город совсем и забрал семью из Красицкого. Жили Бондари на нынешней улице Дзержинского, на спуске к Чердымовке.

- Рядом с нашим домом, - вспоминает Василий Степанович, - располагался клуб, при нем была своя пионерская организация. Туда я начал бегать - в клубе было аж шесть пионерских барабанов. Мне разрешали учиться барабанить, я был старательным мальчиком и быстро это дело освоил. Позже наш отряд часто ходил во главе праздничных шествий впереди колонны взрослых, мы лихо отбивали барабанную дробь. Так что я из числа первых пионерских барабанщиков Хабаровска.

- Василий Степанович, - напоминаю я, - в вашей биографии есть «темный» факт: за что вас исключали из комсомола?

- Дело было так. Когда закончил школу, то пошел работать в типографию ОГПУ печатником. Ко мне присмотрелись и позже взяли в свой штат чекисты на оперативную работу. Но длилось это недолго. Был у меня друг Гена Хаймин. Его отец тоже работал в органах. В 1937 году в Хабаровске особенно свирепствовали репрессии, продолжалась борьба с «троцкистами» и прочими «врагами народа». Хаймин-старший во время гражданской войны был радистом в штабном вагоне Троцкого. Вот за это его и арестовали. Вскоре также поступили с Геной, моим приятелем, а уж через него добрались до меня. Ведь я давал ему, «врагу народа», рекомендацию в комсомол. Меня выгнали из комсомола и поперли с работы - чекистом я так и не стал, слава Богу.

- И где же вы после оказались?

- Нигде, никто меня не брал, и я часто просто гулял по главной улице города. Однажды встретил там одного знакомого, рассказал ему о своих невеселых делах. Он предложил мне занять его место директора «Совкино», поскольку сам хотел перебраться в «Гигант». Так я был трудоустроен - стал директором кинотеатра «Совкино». Случилось это в 1939 году, когда мне было всего 24 года.

- Отсюда вы и ушли на войну?

- Да, было это 31 августа 1941 года, ну а прошел я ее всю, до самого Берлина, в составе железнодорожных войск, дослужился до звания старшины. 3 мая мы уже были в логове врага. Кстати, я нашел свободное место на стене рейхстага и расписался на ней. В Берлине нас задержали на целый год. Однажды мне дали под команду женский взвод. Домой, в Хабаровск, вернулся осенью 1946 года и уже через месяц принял «под командование» кинотеатр «Гигант». Директорствовал здесь до июля 1995 года. Вот, считай, сколько лет я директорствовал.

Валентина Сергеевна, жена Бондаря, также участница войны, получившая среди прочих медаль «За отвагу». Попала на фронт в шестнадцать лет, стала санинструктором, была ранена, проявила мужество. После победы на Западе ее часть передислоцировали на Восток. Здесь, в Хабаровске, в 1948 году она пришла наниматься в «Гигант». Директор Бондарь принял ее кассиром и положил глаз на красивую блондинку. Так и поженились, прожили долгую жизнь вместе.

Когда я спросил у Василия Степановича «о роли женщины в жизни мужчины», Василий Степанович ответил коротко: «Без нее меня бы уже не было. Не раз спасала меня Валентина Сергеевна, спасибо ей и низкий поклон».

…С 1948 года и по год сегодняшний 21 числа каждого месяца Василий Степанович дарит своей жене цветы. Наверное, это напоминает им молодость.

- Я прожил долгую и красивую жизнь. И ни о чем не жалею, - сказал мне на прощание юбиляр.

Александр ЧЕРНЯВСКИЙ.