…Только не подумайте, что я - за радикализм. Прошу также не думать, что мои скромные заметки имеют целью дискредитировать судебную систему в целом или в частности. Судьи не виноваты. Не виноваты, что это уголовное дело было с таким блеском расследовано и передано им для вынесения решения. Не виноваты они также в том, что уже четыре месяца назад (с самого первого судебного заседания) оно начало слегка попахивать фарсом. А если кто не помнит - ничего, я напомню.

Поздним вечером 27 июня прошлого года неизвестные лица разрисовали краской здание в краевом центре по адресу: ул. Шевченко, 9. Впрочем, характер надписей («Россия без Путина!») и аббревиатура НБП не оставляли сомнений в том, что здесь изрядно потрудились «нацболы»: национал-большевики или «лимоновцы» - кому как больше нравится. Не оставляло сомнений и то, против кого была направлена данная акция. В здании располагаются Приамурское географическое общество и офис Хабаровского регионального отделения партии «Единая Россия». Вывеска последней оказалась залита краской. Рядом были разбросаны листовки «Единая Россия» - тоталитарная секта!».

Одним словом, вы правильно догадались, что потерпевшей стороной следствием было признано Приамурское географическое общество. Тем более, что здание по ул. Шевченко, 9 - архитектурный памятник краевого значения. Кто бы такое спустил с рук вандалам?

Обыски у «нацболов» укрепили следствие в том, что оно на правильном пути. Было изъято: те самые листовки (50 штук), информационные бюллетени (3 штуки), «Краткий курс НБП» (1 штука) и две фотографии Путина Владимира Владимировича. Согласитесь, подозрительно.

И вот обвиняемые предстают перед судом. Двоим - Эдуарду Морозову и Павлу Горелову - инкриминируется статья 214 УК РФ («вандализм»), а их «руководителю», главе местного НБП Рэму Латыпову (в недавнем прошлом - Ахметзянову) - статья 151, часть 1 «Вовлечение несовершеннолетних в совершение антиобщественных действий».

И все, вроде, правильно. Все по букве закона. Вандализм, как его трактует Уголовный кодекс России, - это «осквернение зданий или иных сооружений…». Ну а насчет несовершеннолетних остается заметить, что подсудимому Павлу Горелову и сегодня только 15 лет. И мазать краской разные здания, кто бы спорил, скверно. И все это вызывает возмущение.

Но дело вызывает и вопросы, которые, заметим, начали звучать в некоторых СМИ еще по ходу следствия.

Ну, например. А была бы явлена миру столь же принципиальная позиция правоохранительных органов, если бы краской была залита вывеска не «Единой России», а, например, КПРФ? Или партии «Яблоко»? Мысли о тени отца Гамлета тем навязчивее, чем менее видно участие в процессе потерпевшего - собственно, Приамурского географического общества. Первое судебное заседание, например, не завершилось ничем именно из-за неявки в суд представителя этой организации. Итог? Судебное заседание прерывается для «принудительного привода в суд представителя Приамурского географического общества». Как будто бы это какая злодейская организация, ей-богу.

Разумеется, столь деликатное дело, как «принудительный привод», поручается судебным приставам. И вот уже на втором судебном заседании (оно состоялось в минувший понедельник) выясняется: принудительно привести в суд представителя потерпевшего невозможно. Судебные приставы не смогли его отыскать ни по домашнему адресу, ни по месту работы - даром что Приамурское географическое общество находится примерно в ста шагах от здания Центрального районного суда.

Но дело-то даже и не в этом. Хабаровский показательный процесс над НБП смотрится куда как симптоматично на фоне двух других громких дел, связанных с этой организацией.

…Уж насколько мы, казалось бы, наелись по уши революций и экстремистских выходок, уж как это все надоело, но когда Тверской суд Москвы приговорил семерых активистов НБП, которые участвовали 2 августа прошлого года в захвате Минздрава РФ, к 5 годам лишения свободы в колонии общего режима, общество вздрогнуло. И вздрогнули как раз не экстремисты, а либералы, интеллигенты и демократы. Потому что всякий нормальный человек понимает, что наказание должно быть, как минимум, адекватно содеянному. И всякий нормальный человек знает, как разваливаются в нашей стране другие уголовные дела - например, о краже морских биоресурсов на 20 миллионов долларов, о продаже на металлолом боеспособных авианосцев, о расхищении госрезервов, о приготовлении живых людей на «органы»… Я ведь перечисляю вполне реальные, «громкие» и благополучно лопнувшие уголовные дела. А еще у нас, бывает, дают условные сроки за убийство. А еще - вспомните скандал - отпускают на все четыре стороны боевика, который через некоторое время «проявляет» себя в Беслане.

На фоне многих и многих кошмаров, которые происходят в стране, «захват» Минздрава все-таки не кажется самым страшным злом, «террористы» - в основном студенты, но именно здесь-то наша правоохранительная система проявляет свою зубастость и непреклонность. Ситуация настолько явственно оставляет ощущение дурного привкуса, что вопрос о чрезмерной суровости наказания был даже вынесен на обсуждение в Госдуме партией «Родина». Разумеется, это и не дело Госдумы вовсе. Разумеется, ничего и не получилось. Но - назрело!

В итоге, когда Московская городская прокуратура «смягчила» статьи обвинения 39 активистам НБП, которые 14 декабря прошлого года ворвались в приемную президента России, многие действительно вздохнули с облегчением. Еще бы: за плакаты «Путин, уйди сам!» молодым людям поначалу хотели «впаять» до 20 лет тюрьмы.

Отчего такая суровость? Не задавать себе этот вопрос, как минимум, нечестно. «Общество беременно оппозицией», - начали говорить российские аналитики с полгода назад. То есть как раз тогда, когда «старой доброй» и знакомой нам оппозиции почти не осталось - по известным причинам.

Ее-то почти не осталось, а протестные настроения общества никуда не делись. Более того - они ширятся. И общеизвестно, что на переднем фланге этих настроений во всех странах и во все времена оказывается молодежь. Куда ей сегодня податься в России? ...История пятнадцатилетнего хабаровского школьника (а ныне еще и подсудимого) Павла Горелова очень в этом смысле показательна. Было время - Паша прославился на всю страну. Нет, не «вандализмом» и не осквернением общественных зданий. Когда Паше было десять лет, он... решил выпускать свою газету. И не просто решил. Про газету «Тауэр», которую выпускает хабаровский школьник для своих сверстников, писала даже «Комсомольская правда». Старшие коллеги подарили начинающему журналисту компьютер.

Когда Паше исполнилось 11 лет, ему начало казаться, что ситуация в стране требует его личной и активной гражданской позиции. Паша пошел в Хабаровское региональное отделение партии «Яблоко». Оказалось, что для звания члена партии он еще очень молод, но это Павла не смутило. Фактически он встал у истоков «пионерской» организации хабаровских «яблочников» - «Ранетки». Проводил акции, распространял листовки. И вдруг... ушел.

- Так почему же ты все-таки покинул «Яблоко»? - допытывалась я у него прямо в коридоре Центрального райсуда. - Ну... «Яблоко» ведь дало червоточину, - резонно заметил он.

Партия «Яблоко» год от года все больше начинала напоминать маленькое счастливое княжество лично Григория Алексеевича Явлинского, а школьник Павел Горелов со всем своим юношеским максимализмом хотел быть полезным России. Тут-то он и повстречался с главой хабаровских «нацболов» Рэмом Ахметзяновым - человеком с очень своеобразными взглядами на мироустройство. Человеком, который зовет сам себя «гауляйтером».

Было бы очень трудно назвать Рэма Ахметзянова революционным романтиком. Лично мне всегда казалось, что «общественная деятельность» для него - лишь способ стать сувереном среди вассалов. Достаточно вспомнить случай, когда Ахметзянов избил подростка Егора Козореза за то, что у того в ботинках были белые шнурки (о чем писала наша газета). Ну кто бы таким образом вбивал в окружающих «высокие идеалы», кроме «настоящего фюрера»?

И кто бы еще год назад мог сказать, что рядом с «гауляйтерами» в один фронт встанут чистые помыслами молодые люди? Что их прикроют грудью студенты и школьники? Что за них они пойдут в колонии общего режима и действительно превратятся в «узников совести»?

14 декабря прошлого года молодые «нацболы» ворвались в приемную президента России. 14 декабря 1825 года декабристы вышли на Сенатскую площадь. Случайность? Исторические параллели? Спросите этих полудетей: сами-то они как думают?

Беззащитной мишенью стала наша молодежь для спекулянтов самых разных цветов политического спектра. Это их руками делаются «оранжевые» революции. Это их руками сжигаются книги «не тех» писателей. И вот последняя новость: под патронажем кремлевской администрации создается новое молодежное движение. Циничные чиновники покамест промеж собой называют его «Наши». Это, очевидно, следует понимать так: если в России запахнет оранжевым, то «молодежные отряды правопорядка» (предусмотрена в новой организации и такая структура!) выйдут на улицы и закроют своими телами чиновников. Да, может быть, некоторые из них падут смертью храбрых (координаторам рекомендовано «идти до конца») - ничего, имена их будут увековечены.

Хотя тут уж - по обстоятельствам. Когда в августе 1991 года четверо молодых погибли под гусеницами танков (они думали, что спасают Россию от возвращения авторитаризма) - они стали героями. Когда 14 декабря прошлого года молодые развернули плакаты «Путин, уйди сам!» (они думали, что спасают Россию от возвращения авторитаризма) - они оказались преступниками.

«Быть может, еще остались люди, которые не пробовали человеческого мяса?» - в ужасе воскликнул однажды китайский писатель Лу Синь. И сам себе ответил: «Спасите детей!».

Но правда жизни состоит в том, что легче посадить. Или восславить посмертно.

По обстоятельствам.

Ольга НОВАК.