В январе текущего года в нашей газете была опубликована заметка «Рэкет, о котором знают все», где наш читатель в очередной раз затронул тему о грабителях, которые облагают данью хозяев проезжающих через Хабаровск транзитных машин. Тема злободневная, но, увы, далеко не новая. Недавно наши московские коллеги в телевизионной передаче «Человек и закон» рассказали о том, что такой беспредел творится по всей России.

Заметка нашего читателя стала поводом для милицейского совещания, на котором борцам с преступностью пришлось докладывать руководству УВД края, почему «дорожный рэкет» цветет у нас махровым цветом.

О том, как ведется борьба с этим явлением, мы решили выяснить у начальника отдела управления по борьбе с организованной преступностью (УБОП) краевого УВД Павла Урманова.

Потенциальные жертвы

В заметке наш читатель рассказал, что дежурят дорожные грабители на машинах либо «Круизер», либо «Чайзер» в районе 14-го километра Владивостокского шоссе. Что примечательно - неподалеку от поста ГИБДД. Опровергать эту информацию Павел Александрович не стал. Потому что буквально в ноябре 2004 года именно там были задержаны двое молодых людей, промышляющих вымогательством денег у водителей транзитных машин. «Работали» эти двое на автомобиле «Чайзер», темного цвета, с характерной приметой: повреждение на задней фаре. Сегодня им уже предъявлено обвинение по статье 163 УК РФ - вымогательство.

За прошлый год всего было обезврежено четыре подобные группировки. Одна из них в январе этого года по приговору суда в полном составе отправилась за решетку.

Впрочем, утверждать, что благодаря этим четырем уголовным делам на дорогах края стало спокойней, Урманов не берется. По его предположениям, в районе Хабаровска продолжает «работать» еще около десяти подобных группировок. И пресечь их деятельность правоохранительные органы пока не в состоянии по вполне объективным причинам.

Первое, что позволяет вымогателям чувствовать себя довольно вольготно, по мнению сотрудников правоохранительных органов, инфантильность тех, против кого направлены преступные действия.

Облагают данью не каждого. Преступников интересуют только транзитные машины. То есть довольно новые иномарки, которые покупают во Владивостоке и через Хабаровск гонят в другие города Дальнего Востока. Вычислить такие автомобили нетрудно, у них нет государственных номерных знаков, а на лобовом стекле табличка «транзит».

Вымогательство происходит всегда по одной схеме. Приглянувшуюся машину преступники догоняют на своем автомобиле, прижимают к обочине или подрезают, в общем, делают так, чтобы она остановилась. Потом водителю и пассажирам объясняют, что за пользование хабаровскими дорогами требуется заплатить энную сумму. Как правило, мзда составляет 200-300 долларов. Упрямых «клиентов» запугивают морально, обещают большие неприятности в дальнейшем пути и прочие беды. Урманов утверждает, что оружие и прочие силовые методы преступники почти не применяют, берут, так сказать, на испуг. И часто это им удается, ведь потерпевшие не могут знать наверняка, что вымогатели не вооружены. Поэтому предпочитают не связываться и попросту откупаются.

И только единицы из них пишут заявления о факте преступления и оставляют их чаще на посту ГИБДД или в отделении милиции, которое попадается по дороге. Прочие же следуют своей дорогой. Но милиции, для того чтобы приступить к расследованию какого-либо преступления, необходимо получить заявление с указанием, где, когда и при каких обстоятельствах оно произошло. Как можно предъявлять обвинение подозреваемым, если нет ни одного факта, подтверждающего совершенного противоправного деяния? Даже если известно, что в определенном месте дежурят рэкетиры и ходят слухи об их преступной деятельности, что смогут предъявить им милиционеры без заявлений от пострадавших?

Так почему водители транзитных машин предпочитают не обращаться к правоохранителям? Милиционеры объясняют это тем, что перегонщики машин весьма ограничены во времени. Заявить о преступлении - дело не двух минут. Дежурный, который примет его, должен, как минимум, связаться со следователем, который опросит потерпевшего и свидетелей, если таковые имеются, под протокол. В среднем эта процедура занимает часа два-три. Иногда в интересах следствия водителям приходится задержаться и подольше - на день-другой. И это еще не все. Расследование уголовного дела предполагает, что и у себя в родном городе потерпевшему придется не раз посетить следователей, давать еще показания и, возможно, даже вернуться в Хабаровск на суд. И впутываться во все это не хочет никто из водителей, предпочитая ругать за бездействия милицию, обвинять ее сотрудников в коррумпированности.

- Приезжает такой потерпевший к себе домой, - рассказывает Урманов, - садится и пишет заявление на имя начальника УВД края или президенту страны о том, что в Хабаровске на дороге его ограбили. И обвиняют потерпевшие чаще не себя или грабителей, а милиционеров. Как будто сотрудники должны стоять через пару метров вдоль всех дорог.

Так поступил и потерпевший от тех двоих подозреваемых, которые были задержаны в ноябре 2004 года. Прислал он свое заявление из Иркутска, сообщил свою фамилию, инициалы, а также то, что с ним в машине находился свидетель по имени Вова. Хабаровским милиционерам теперь все следственные действия приходится проводить с помощью почты. Представьте себе, сколько времени занимает одна лишь процедура опознания подозреваемых? Их фотографии нужно направить в милицию Иркутска, там следователь предъявит их потерпевшему и свидетелю, которого тоже вначале придется найти, так как в заявлении нет даже его фамилии. Потом протоколы с объяснениями переправить назад в Хабаровск. И, кстати, такие заявления поступают в УВД края и из Краснодара, Анапы, Москвы, куда почта доходит в среднем за неделю.

При всем при этом закон дает следователям всего от 3 до 10 дней на то, чтобы либо вынести постановление о возбуждении уголовного дела, либо отказать.

На милицейского живца рэкетир не клюет

- Самое оптимальное - ловить такие группировки на живца, - считает Павел Александрович, - раз настоящие потерпевшие не желают обращаться в милицию, то под видом иногородних водителей должны выступать милиционеры. И, кстати, таким образом удалось раскрыть несколько преступлений. К сожалению, такие ловушки - дело не дешевое.

Недавно на одном из совещаний руководства УВД края прозвучала информация, что органы внутренних дел имеют в своем распоряжении только 50 процентов из требуемого для работы транспорта. А бензином обеспечены всего на 30 процентов. Автопарк правоохранительных органов, по словам Урманова, состоит в основном из машин отечественного производства, которые преступников не интересуют. Падки они на иномарки, желательно относительно новые. Где их взять?

Несколько раз милиционеры устраивали ловлю на живца на личных машинах. Но проехаться по трассе на одной машине под видом транзитников можно лишь один раз. Во второй раз автомобиль вычислят и, разумеется, останавливать не станут. Не всегда ведутся разбойники и на машины, которые видят в первый раз. Они, как правило, люди осторожные. Имеют широкий круг осведомителей и наверняка в курсе того, когда через Хабаровск очередной водитель погонит новенькую иномарку.

Впрочем, кроме организованных группировок, на дороги нередко выходят залетные преступники. Наша газета писала, как в 2003 году наехать на транзитников попытался молодой человек, которому попросту не хватило денег на ресторан. На дело он прихватил свою девушку, заверив ее, что «заработать» таким образом пару сотен баксов можно без труда и без опасения быть задержанным сотрудниками милиции. Мол, этим нынче промышляют все.

Новоявленному налетчику не повезло. В остановленной им иномарке оказались двое вооруженных мужчин, которые расстреляли его из обреза. Рэкетир скончался на месте, а его убийц не нашли до сих пор. Помнится, тогда поползли слухи, что иметь при себе оружие совсем неплохо и якобы только такими агрессивными методами можно победить дорожную мафию.

Однако рисковать попасть в поле зрения милиции за ношение огнестрельного оружия, а того хуже, за его применение, водители не решаются. Разум подсказывает, что такие кардинальные методы защиты сделают дороги еще опаснее, потому что тогда они наверняка превратятся в поле боя. Рэкет не будет побежден, пока гражданская ответственность россиян не возрастет настолько, что они ради раскрытия преступлений будут жертвовать личным временем. Или экономическое благосостояние милиции поднимется настолько, что сотрудники не будут задумываться о том, где раздобыть бензин или, к примеру, лишнюю десятку на проезд в общественном транспорте? Судя по политике нашего правительства, времена эти наступят не скоро. Проще, закрыв глаза на вопиющую нищету правоохранительных органов, предъявлять им претензии или обвинять в коррупции всех без разбору сотрудников. Из зала суда на большую дорогу

По мнению милиционеров, очень мягки к дорожным рэкетирам и наши суды. Достаточно строгие к обвиняемым в нетяжких видах преступлений судьи, по непонятным причинам, почти всегда слишком лояльны к вымогателям. Не секрет, что, попадая даже не первый раз на скамью подсудимых за подобные деяния, преступники получают условные сроки, что, по сути, не наказание для них. А одну из групп, которую оперативники ловили на живца в 2002 году, служители Фемиды вообще оправдали. И такая безнаказанность лишь подогревает интерес у нарушителей закона к такому «бизнесу». К примеру, задержанные в ноябре 2004 года за вымогательство граждане лишь несколько месяцев назад до этого вернулись из колонии поселения, где отбывали срок за мошенничество в области валютных операций. Наказание, судя по всему, внесло в их сознание коррективы, парни решили переквалифицироваться.

Павел Александрович говорит, что добиться от суда ареста подозреваемых до приговора тоже почти невозможно, их отпускают под подписку о невыезде. Если судьи думают, что после этого разбойники с большой дороги осядут дома, кляня себя за прошлое и кусая локти, то ошибаются. Часто они тут же отправляются на «рабочее» место - на дорогу, чтобы зарабатывать деньги уже на хороших адвокатов.

По словам Урманова, сегодня западную часть России захлестнула волна преступлений, которые совершают выходцы из Узбекистана. Криминально настроенные граждане предпочитают «работать» у нас, зная о пресловутой лояльности российских судов. На их родине закон настолько суров, что только за угон машины предполагает наказание в виде лишения свободы от 10 лет. Представляете, какой срок может получить там рэкетир?

Хабаровские милиционеры же пока только мечтают о том, чтобы судьи осознали всю опасность условного наказания. Если бы разбойники с большой дороги хоть через одного отправлялись за решетку, то, возможно, прочим их коллегам этот вид «бизнеса» показался бы слишком опасным.

Что ж, получается, как ни крути, ни денег, ни общественного сознания сегодня не хватит на то, чтобы победить еще одну российскую беду?

Как же ее избежать? Вот что советуют работники милиции.

Как показывает практика, бандиты не трогают местных жителей. Если гражданин сможет их убедить, что гонит автомобиль только до краевого центра или в ближайший населенный пункт, денег с него не берут. А вот то, что ты действительно абориген, придется доказать. Грабители задают, как правило, географические вопросы. Например, где находится СИЗО, краевая больница, ГИБДД, сколько районов в городе, сколько километров, допустим, до Николаевки. Могут поинтересоваться домашним адресом и местом работы. Поэтому, въезжая в город, водителям стоит пристально изучить подробную карту Хабаровска, заглянуть в Интернете на местные сайты, узнать последние новости.

Обезопасить на дороге водителей могут сотрудники УБОП края. Урманов говорит, что прежде чем приехать в город, транзитникам следует позвонить по телефону (4212) 33-40-16, рассказать сотрудникам о своих планах. Павел Игоревич обещает, что всем обратившимся опытные сотрудники помогут миновать рэкетиров.

Оксана Омельчук.