Я - коренной дальневосточник, уже семь поколений выросло здесь после того, как по переселению мои предки прибыли в 1894 году в Хабаровск. Переселенцам с Украины выделили землю на левом берегу Амура - напротив города, где и основали наши старики село Владимировка.

Время почти ничего не оставило от старого поселения. Амур своими водами смыл старые улицы, и только несколько старых домиков еще держатся, словно сопротивляясь стихии и обстоятельствам. Рядом со старым селом сейчас дачные участки хабаровчан, и среди дач островок памяти - кладбище селян, где покоятся мои дедушка и бабушка.

Может, и не стоило ворошить память, но статья почетного члена Приамурского географического общества Юрия Ефименко «Забытый иск» («Тихоокеанская звезда» от 18 января 2005 г.) заставила взяться за перо.

Память о тех временах японской интервенции сохранилась в нашей семье. О том, как сначала молодое советское правительство, боясь быть втянутым в войну на два фронта, «временно отказалось» от Дальнего Востока. Как была создана Дальневосточная республика. Как потом белая армия была поддержана японскими интервентами, и опять основной удар пришелся на народ - крестьянство и рабочий класс, поддержавший революцию. Весь простой народ Дальнего Востока оказывал сопротивление японцам, которые грабили все, в том числе и села.

Моя тетя Татьяна, сестра отца, рассказывала, как где-то в 1919 году на канонерке во Владимировку прибыл отряд японцев из Хабаровска. Японцы произвели «зачистку» села, обошли все дворы, выгоняя народ из домов: искали партизан и сочувствующих. Партизан в селе не оказалось - они в это время были в лесах в районе Волочаевской сопки и Николаевки. Но мой дед, который тоже был партизаном, не смог уйти вместе с отрядом: получив контузию и травму позвоночника во время Первой мировой войны, он не мог быстро передвигаться, и его вернули в село на хозяйственные работы - собирать продукты для партизан.

И вот японцы пришли в наш дом и стали искать деда Фому. Заодно забрали из сарая кур, а потом дошли до санной повозки во дворе и начали протыкать ее штыками. Деда, который лежал под повозкой, спас сигнал с корабля-канонерки о том, что к селу движутся партизаны.

А вот бабушку Наталью судьба не спасла. Белогвардейская пуля настигла ее, когда она прятала детей в погребе. За период японской и белогвардейской оккупации в 1919-1922 годах на Дальнем Востоке погибло много людей. И, как справедливо пишет Юрий Ефименко, нашей земле был нанесен значительный ущерб - за счет вывоза за границу награбленных сырья, рыбы, леса, ценностей и золотовалютных запасов. Но этот иск так и не был предъявлен Японии. Хуже того. В 30-е годы были репрессированы и партизаны - за то, что «слабо сопротивлялись» японцам и белогвардейцам, за то, что допустили возможность расхищения богатств, а еще за якобы возможные контакты с японцами. За период сталинских репрессий почти все партизаны были расстреляны.

…Моя бабушка Наталья и дед Фома покоятся на старом кладбище во Владимировке, а отец Иван Фомич, который защищал дальневосточные земли с 1938 по 1945 год и был награжден медалью «За победу над Японией», - на центральном кладбище Хабаровска. Хорошо, что они не знают, как нынешняя власть разменивает земли предков. Такое ощущение, что нас, людей, власть всегда сбрасывает со счета - трудности у нее или радость.

В. РАХУБА, потомственный хабаровчанин.