«Важнейшим из искусств для нас является кино» - лозунг из светлого коммунистического прошлого, когда поход в кино для людей был, что выход в свет - лучшая одежда, начищенные ботинки, приглаженные челки. Любая премьера - детской сказки, картины о войне, «свежего» блока «Ералаша» - становилась настоящим культурным событием. «Мы идем смотреть «Чапаева»!» - под этим лозунгом толпа счастливых людей двигалась к кинотеатру. Праздник, демонстрация единства…

Сегодня трудно представить, чтобы кто-то вдруг устроил шествие народных масс на «Ночной дозор».

Теперь кино - это скорее бизнес, развлечение, доступное в любой момент. «Чем бы заняться, куда податься?» - это не выбор жизненного пути, а средство убить время, будто оно гроша ломаного не стоит.

Студенческие годы я провела в тихом маленьком городке на берегу Амура. Главная его достопримечательность - огромные тополя и здание музея, бывший торговый дом «Кунц и КО». Но цивилизация докатилась, как цунами, и до провинции. Сразу четыре кинотеатра обзавелись системой «долби», и понеслось… Однажды мы с друзьями решили сходить на «Дракулу-2000», рассказывали, мол, там шикарная сцена есть - занятие любовью на потолке; набрали джин-тоника, сели на первый ряд, джин-тоник выпили и захотелось в туалет. В кинотеатрах это место расположено почему-то далеко от зрительного зала: в общем, полфильма мы, хихикая, пробегали. Сцены, из-за которой пришли, так и не увидели. «Была?» - спросили свистящим шепотом соседей сзади. «Ага». Пробегали, значит. Сами себе фильм испортили.

С тех пор пить в кинотеатр я не беру…

А любите ли вы есть в кинотеатрах? Чипсы, «кириешки», сухарики, поп-корн. Иногда люди запасаются едой посолиднее - например, на «Властелина колец» знакомые специально наварганили бутербродов с колбасой и солеными огурцами. «Эти хоббиты едят там постоянно, фильм три часа - умереть от слюней можно». Еще однажды пошли мы всем католическим приходом на «Страсти Христовы». Приход маленький, мест мы заняли только два полряда. По бокам сидели незнакомые. Фильм, конечно, страшный. Для людей верующих еще и особенный. Одной из прихожанок даже стало плохо с сердцем. «Бедный, - все время повторяла она, - бедный Христос» и пила таблетки. Прочее пространство было полно шелеста кукурузы и чпоков открываемых бутылок. «Зал поп-корном причащался», - пошутил один из прихожан.

А разговоры и комментарии? Всем нам есть что сказать. Чуть не захотелось в суд подать за моральный ущерб (не знали, на кого конкретно) после похода на новый фильм любимого режиссера Найта Шьямалана, снявшего «Шестое чувство» и «Знаки» - медленные философские «ужастики» с неожиданными концовками.

В Интернете даже ставки принимают на версии, о чем фильм. Отвлекаться во время его фильмов нельзя, потому что он коварен: пропустив какую-то фразу, вещь, можно не понять итогового смысла. «Таинственный лес» рекламный баннер преподнес как рядовой ужастик. Зал был полон молодых людей с сотовыми и их девушек с поп-корном. «Что за ерунда?» - началось где-то на десятой минуте фильма; мы, киноманьяки, цепенели от восторга и красоты фильма, а зал продолжил восстание пролетариата. «Слушай, зачем мы вообще на этот фильм пошли?» - «Ну, название понравилось, думали, страшно будет»; заскучали, захлопали дверями, кто-то пошел в магазин через дорогу, на задних рядах началась вечеринка…

Хабаровск. Город столичный. Нравы построже. В «Гиганте» у входа в фойе стоит охранник. «Зайдем, в баре пива попьем, до кино еще полчаса», - планируют молодые люди, стоящие впереди нас в кассу; но ни их, ни нас не пускают. Только перед фильмом. И - «В зал проносить спиртное запрещается». Пиво к спиртному не отнесли, и весь «Призрак оперы» половина зрителей перемещалась из зала в фойе и обратно. Наступали на ноги, головы загораживали экран. «Скучный фильм, - сказал друг. - Ожидал большего. Хочешь поп-корну?». Будто наличие поп-корна - это отсутствие качества у фильма. Сзади девушка весь сюжет пересказывала кому-то близкому по сотовому.

В «Совкино» то же самое.

- У вас в зале пить-есть можно?

- Спиртное - нет, - как отрубает охранник, - пиво можно… пока можно.

«Маджестик» - заведение высококультурное.

- Скажите, у вас зрители в зале как себя ведут? Пьют, разговаривают друг с другом и по сотовому, едят, кидают на пол бутылки?

- Знаете, к нам публика идет изначально несколько иная - подготовленная к более высокому уровню, - отвечает администратор. - Если мы замечаем, что человек идет с бутылкой или едой, отводим в сторонку и корректно стараемся объяснить, что у нас по уставу кинотеатра это не дозволено.

Поп-корн - пожалуйста; единственная проблема, что он легко просыпается из упаковки при неловком движении. Порой весь пол после сеанса засыпан кукурузой. Но есть пылесос, который убирает мусор за считанные секунды. Еще мы предупреждаем, чтобы в зале не пользовались сотовыми. Конечно, бывает разное, мы не можем людей обыскивать перед сеансами, бывает, проносят и спиртное, и ведут себя в зале, мешая другим, тогда администратор решит проблему.

В итоге люди делятся на три типа: одни ходят в кино по-прежнему, как на праздник; вторые - на сам фильм; третьи - «убивают время». Последних, по несправедливости эпохи перемен, больше. Спасение - реклама домашних кинотеатров.

Уровень культуры парадоксален: неважно, сколько книг продано и сколько получают художники. Главный показатель - не процент в отчетах, а взаимоотношения в обыденном мире. Кино возродилось, кинозалы полны, но - эх, печально - действительно перестало быть искусством.

Марина СОЛОМОНОВА.