Мы представляем из себя совершенно самостоятельную мировую цивилизацию. Мы не Запад, не Восток, но это не значит, что у нас особый путь развития. Это означает лишь, что Россия никогда не станет европейским государством, но мы при этом будем в нормальных отношениях со всем Европейским союзом. Россия не станет Америкой, так же как мы никогда не станем Азией.

У нас различные ценности, моральные и культурные нормы. Вот почему некая оголтелая попытка в 1992 году навязать России американские нормы морали вызывает и по сей день совершенно резкое отторжение. Американцы считают, что самым основным критерием бизнеса является прибыль. То, что выгодно для Форда, выгодно Америке, считают они. В Японии существует понятие «малая и большая прибыль», американская поговорка здесь звучит несколько по-другому: что выгодно Японии, то должно быть выгодно «Мицубиси».

Современные японские и американские экономисты полагают, что главный фактор конкурентной способности - умение находить, разрабатывать и производить новые товары, внедрять передовые технологии и формы организации производства. Мы же продолжаем балагурить и рассказывать байки друг другу о том, какие мы богатые, а потому так погано живем.

Тактически японцы обыграли конкурентов на мировом рынке. Главное - погоня за новейшими технологиями и быстрое их внедрение. Группа экономистов из Беркли пришла к выводу, что японцы пользуются совершенно новой экономической теорией. Суть ее - увеличение доли интеллектуальной собственности.

В Гражданском кодексе РФ в ст. 225 (бесхозная вещь) говорится: бесхозной является вещь, которая не имеет собственника или собственник которой неизвестен. Либо вещь, от права собственности на которую собственник отказался. Странно, но интеллектуальная собственность остается сегодня самой бесхозной частью в российской экономике. Между тем, многие политики часто заявляют, что интеллектуальная собственность России составляет 400 млрд. долларов, рассуждая о наших якобы безграничных возможностях. На этом все, к сожалению, и заканчивается. В стране нет официальной методики расчета интеллектуальной собственности. У нас более трети патентов не востребованы, другие стареют, многие утекают за рубеж, а оставшаяся часть представляет зарубежные патенты и товарные знаки, зарегистрированные в Роспатенте, но принадлежащие иностранным компаниям.

Невольно задаешь вопрос: какова же доля нематериальных активов (именно они характеризуют интеллектуальную собственность), указанная в официальных отчетах наиболее могущественных наших компаний, таких, как РАО «ЕЭС России», «ЛУКОЙЛ»? Ответ - сотые доли процента. Такова же она и у других промышленных предприятий.

Для сравнения: у ведущих зарубежных фирм доля ИС составляет две трети, а иногда и более их активов. В стоимости таких компаний, как Microsoft, Coca-Cola, доля ИС свыше 90 процентов. Чем выше этот критерий, тем инвестиционная привлекательность бизнеса выше. И наоборот.

Неужели Россия так бедна умом? Но нет же, это не так! В 80-е годы мне не единожды приходилось бывать в Москве по вызову патентных экспертов в патентном институте, находящемся на Бережковской набережной. Я воочию видел, как японские инженеры после 18.00 допускались к фонду отклоненных изобретений СССР. С какой тщательностью они их изучали. Вот и сегодня, оценивая бытовую технику зарубежных компаний в магазинах нашего города, я вижу плоды этих знакомств. Головки видеомагнитофонов с алмазным покрытием, автоматическая балансировка вращающихся деталей в стиральных машинах - наши идеи. За все теперь мы должны платить. Для меня непонятно, каким образом к 2010 году можно удвоить ВВП.

Мы часто говорим о наших предприятиях, которые осваивают некие новые технологии с повышенным уровнем ИС. Почему же руководители так тщательно скрывают свои интеллектуальные достижения? Надо полагать, причина кроется не только в налогах на имущество с нематериальных активов (до двух процентов), но и в налоге на прибыль, который сегодня равен 24 процентам от стоимости ИС, если она, конечно, показывается в официальных отчетах. Вот основная причина бесхозности ИС. Какой же руководитель станет по своей воле платить авансом за неизвестное будущее? Ведь патент - еще не реальная продукция. Ее может и не быть вообще, но налог надо отдать. Неудивительно, что предприниматель прячет ИС от налогообложения. Таким образом, на предприятиях эксплуатируют труд интеллектуалов, но их творчество не оплачивается. Налог на ИС обязан быть не более 10 процентов.

Вот почему у нас сегодня так мало принятых изобретений (20 тысяч за 2003 год) и не много действующих патентов (106 тысяч). В то время как Япония и США ежегодно выдают более 200 тысяч патентов. Например, фирма Canon оформила 1900 патентов за прошлый год.

Весь цивилизованный мир понял, что путь к процветанию лежит через ИС. Это единственная возможность признания в мировом бизнесе, который позволяет получать высокие прибыли. Кроме того, юридические нормы в этой сфере признаны всем мировым сообществом, и Россией в том числе. Их выполнение - одно из условий вступления России в ВТО. Словом, другого такого фактора в экономике до сих пор не придумано.

Когда мы говорим, что наша экономика позитивно развивается, это значит, что она достигла большой степени устойчивости. На самом деле экономика еще очень серьезно подвержена внешнеэкономической конъюнктуре, внутренний рынок нестабилен. У нас есть хорошие изобретения, но практически нет предприятий, которые специально занимались бы их изучением, продажей и внедрением этих разработок. В США, к примеру, существует даже государственная специальная программа поддержки инновационного бизнеса. Почему бы не создать у нас в крае такую программу?

В Японии и США любой человек может предложить свой проект, разработку и претендовать на получение гранта до 100 тысяч долларов. Если он выигрывает конкурс, ему дают эти деньги. Случается, правда, что проект не приносит ожидаемого успеха. Но потому инновационный бизнес еще называют венчурным, то есть рискованным. Однако если на следующий год вы все-таки представите образец изделия, опять выиграете конкурс, то получите уже 500 тысяч долларов. А через год, если удастся выйти с этим изделием на рынок и начать его продавать, можете рассчитывать на льготный кредит в 5 миллионов долларов.

В России ничего этого нет. А ведь может быть! Надо только «запрячь» в реальный бизнес русские мозги, достав идеи, которые валяются на пыльных полках патентных фондов регионов. Нам наконец-то надо начать жить за счет инноваций, изобретений, а не проедать нефтедоллары, лес, биоресурсы и все другое, что может пригодиться. Хватит ходить по деньгам и изображать из себя нищих.

Г. Петухов, изобретатель