- Знакомься, китайский художник, доцент кафедры дизайна, господин Ван Ефу. Он будет вести у нас рисунок. С ним приехали четыре китайских студента. Будут учиться у нас живописи.

Мы пожали друг другу руки. Улыбнулись раз, другой. Английского я не знаю, а с китайским у меня еще хуже. В кабинете мы остались одни. Пауза явно затянулась.

Я протянул гостю лист бумаги, карандаш и сам раскрыл папку. Он сразу меня понял. Несколько минут мы шуршали карандашами, поглядывая друг на друга.

Честно говоря, я немного струсил, и рисунок у меня шел с трудом. Но вот Ван Ефу протянул готовый мой портрет. Характер схвачен, сходство есть, и линия живая, нервная. Хороший рисунок. Чтобы так рисовать, надо работать постоянно.

С этой минуты я проникся уважением к китайскому коллеге и сам заразился портретными зарисовками. Время от времени гость показывает свои новые работы и заглядывает в мою папку: что там новенького?

После одного из рисунков, которые мы рисовали вместе, Ефу бросился ко мне, обнял и стал хлопать по спине. Так радоваться чужой работе может только человек с открытым сердцем, настоящий художник.

Запад - Восток

Что мы знаем о культуре современного Китая? Нам лучше известен китайский ширпотреб, яблоки и мандарины, чем кино, литература или живопись. К своему стыду, я не могу назвать ни одного современного китайского художника, известного своим творчеством в мире. Они наверняка есть. Но нет книг. Нет журналов. Нет вообще никакой информации. Это притом, что Китай великая страна с древней, самобытной культурой - вот она, совсем рядом. Можно увидеть ее с Комсомольской площади Хабаровска. Спасибо архитекторам за смотровую площадку.

В Китае наших художников хорошо знают и ценят. На магазинных полках стоят альбомы Серова, Левитана, Репина. Именно на русскую традицию масляной живописи ориентированы наши китайские коллеги. Она им ближе и роднее. Кроме того, школа как система знаний в этой области сохранилась лучше всего в России. Москва и Петербург в этом - мировые авторитеты. Там жива классическая традиция преподавания.

Исходя из этого, руководство института искусств Северокитайского университета города Цзилинь заключило меморандум с руководством Хабаровского государственного педагогического университета о сотрудничестве и взаимном обмене студентами, педагогами, выставками. Согласно этому меморандуму, два наших художника-педагога уже отработали в Китае. Студенты наши еще там учатся. Им нравится. Нравится учиться и китайским ребятам, несмотря на все объективные и субъективные трудности нашей жизни.

Для творческих людей общение необходимо. Оно убирает внутреннюю зашоренность, догмы и стереотипы.

Встреча Востока и Запада состоялась давно. Можно вспомнить, как старательно копировал японские гравюры Ван Гог. Зачем он делал это масляной краской? Он старался понять формулу лаконичной выразительности.

Лично мне было бы интересно поучиться культуре кистевых ударов - касаний, которыми так совершенно владеют китайские мастера.

- В следующий раз приеду, тебя поучу, - смеется Ван Ефу, - обязательно поучу.

Наши в Китае

- Наши «китайцы» приехали! Ну как там в Китае?! Судя по внешнему виду наших художников Станислава Шаронова и Андрея Павленковича, в Китае хорошо. Как-то они там разгладились и округлились. Приобрели степенность.

Мне интересно узнать, какой в Китае уровень преподавания, какие требования. Сумеем ли мы им что-нибудь дать? Оказалось, что уровень сопоставим с нашим. Но школы разные. Многое показалось странным. Например, рисуя китайские студенты берут огромные листы бумаги в человеческий рост. На планшет они не помещаются. Поэтому сначала рисуют голову, потом туловище, а ноги… ноги не входят. Это никого не смущает. Отрезают эти слишком «длинные» ноги - и все дела. Главное для них не это. Главное - поймать характер. Это они умеют хорошо делать. Можно поучиться.

- Посмотришь, - рассказывает Андрей Павленкович, - вроде тут ошибка в пропорциях, тут неверно, а в целом очень художественно и выразительно. Другая культура. Другой взгляд на мир.

Для европейской школы характерно требование идти от целого к частному. Китайцы «сшивают» целое из кусков, держа общее в голове. Может, дело не в методе? Главное, чтобы получалось художественно и выразительно. У них получается.

Цзилинь не очень большой, по китайским меркам, город: около полутора миллиона человек. Красивый современный город с небоскребами, мостами через реку Сунгари. Есть там древний монастырь Бэшань (Северная гора). Это целый храмовый комплекс, резной, воздушный, ярко расписанный. На его территории много уличных портретистов-самоучек. Они могут нарисовать портрет при любой погоде и освещении. Сходство гарантировано. Особенно красив город ночью. Электричества на украшения там не жалеют.

Что вас больше всего поразило?

Оказывается, больше всего поразило отношение китайцев к учителям. Это действительно наиболее уважаемые люди. Может, поэтому наши «китайцы» вернулись из командировки внутренне расправившимися, подросшими. Это только у нас педагог всегда в чем-то виноват. То бесплатно работать не хочет, то зарплату опять, подлец, захотел достойную. Но не будем о грустном. Не о том разговор.

Рассказывает Станислав Шаронов: «Думал, что в Китае везде толпы. Такое население! Но в Цзилине поразила пустынность. В университете тоже пустовато. Здания огромные, аудиторий множество. Люди словно растворяются. Понравилось, что все занимаются спортом. По утрам люди бегают, занимаются ушу, везде стадионы, спортивные залы с тренажерами».

Еще Станислава тронуло отношение к нему студентов. Если забыл куртку, бегут, несут ее втроем, чуть ли не вырывая друг у друга. Когда уезжал, девочки его группы плакали навзрыд. В порыве ответных чувств он подарил им свой этюдник с красками.

Забавную историю рассказал Станислав о том, как писал свои «китайские» этюды. Он, по его словам, не любит публики, когда пишет на природе. Она его отвлекает. Поэтому для своего первого этюда он выбрал самое пустынное место. Он расставил этюдник, выдавил краски, быстро набросил рисунок, и тут… на горизонте появился первый прохожий. Он куда-то шел по своим делам, но, увидев человека с этюдником, развернулся и направился к Станиславу. Сердце художника дрогнуло. И не зря. Подойдя, зевака изумился и что-то закричал. Неизвестно откуда взявшись, со всех сторон к Станиславу двинулись китайцы. Скоро он оказался в плотном кольце. Стоящие за спиной, конечно, мешали, но те, кто устроился перед ним, полностью закрыли пейзаж. Они с детским любопытством смотрели в лицо художника. Ни жестами, ни словами ничего добиться он не смог. Тогда он подхватил этюдник, чтобы выбраться из кольца зевак. Услужливые китайцы стали ему помогать. Вся компания переместилась на новое место. Скоро село солнце. Этюд не состоялся. Дома художник нарисовал себя в окружении любопытных зрителей.

Все-таки несколько этюдов он написал. Хотя полного безлюдия достичь не удалось. Например, этюд с видом на водохранилище он писал в окружении своих студентов. А рядом стоял оператор цзилинского телевидения с камерой. Он снимал репортаж о том, как русский художник пишет этюд. Поскольку работа удалась, можно сделать вывод, что Станислав Германович Шаронов научился в Китае не обращать внимания на публику.

Поющие краски Китая

Так поэтически назвали устроители выставку, которую привез из Цзилиня Ван Ефу. Открылась она в Дальневосточном художественном музее. На выставке представлены работы преподавателей и студентов.

Большинство показанных работ написаны маслом. Живопись экспрессивная. Напор и энергия у китайских художников завидная. Но особенно мне понравилась традиционная живопись в стиле гохуа. Это живопись водяными красками по тончайшей рисовой бумаге, чем-то похожей на промокашку. Чуть остановил кисть - тут же расплывается клякса.

Надо иметь огромную сноровку, чтобы быстрыми, как удары рапиры, мазками нарисовать горы, облака, цветы в стиле гохуа. Здесь важна скорость исполнения. Поэтому, глядя на рисунок, китайские художники обычно спрашивают: «За сколько это нарисовано?». Если быстро - работа хорошая. Если медленно, то ее достоинства сомнительны. У европейцев по-другому. Дело в том, что классическая живопись маслом многослойна. Чтобы положить новый слой, приходится порой ждать неделями. Если, к примеру, не выдержать технологию и покрыть лессировкой (цветным лаком) полупросохшую работу, то она со временем почернеет. Какая уж тут скорость? Этим формируется не только темп работы, но и тип мышления и стиль.

На мой взгляд, показанные на выставке масляные работы слишком технически просты. Зато гохуа и каллиграфия - само совершенство.

Особенно меня тронула небольшая работа «Сезон охоты». Автор, профессор Шин Шуочен, сумел в маленький формат вместить целый заснеженный мир. Снег все валит и валит на белые деревья, на белые холмы, на одинокую фигурку путника. От созерцания этой картины на душе возникает легкая грусть. Светлая печаль возвышает душу. Такое искусство говорит тихо, но трогает глубоко.

Понравились мне своей рукотворностью и тонким чувством композиции каллиграфические работы старшего преподавателя Чжао Паньхуа.

Доцент Чжан Гуошин сумел соединить иероглиф с абстрактной живописью, и возникло новое, неожиданное звучание.

К сожалению, я не могу рассказать о всех понравившихся мне работах, потому что их надо видеть, и тогда можно рассуждать об их особенностях и достоинствах. Мои слова не могут заменить посещение выставки. Если у вас найдется немного свободного времени, зайдите в Дальневосточный художественный музей. Выставка продлится до 10 декабря. Надо узнавать друг друга. Ведь мы соседи, а хорошие соседи те, которых мы хорошо знаем и уважаем.

И в завершение

Признаюсь, мне очень нравится вести занятия у китайских студентов. Они, как локаторы, настроены на педагога. На редкость сердечные и открытые люди. Они меня полюбили. Что делать? Приходится отвечать им тем же. Человеческие души подобны зеркалам, направленным друг на друга. Добро мгновенно возвращается и многократно умножается.

На открытии выставки господин Ван Ефу сказал: «Китайский народ быстро и всему учится, но учится, не копируя, а адаптируя чужую культуру к своей».

На мой взгляд, это единственно правильный путь. Хорошо бы и нам поучиться этому у китайских друзей.

Надеюсь, выставка и встреча эта - не последние. По словам декана нашего факультета Натальи Владимировны Мартыновой, китайская сторона подготовила целый список новых предложений по сотрудничеству. Будем дружить и учиться друг у друга.

111