18 ноября утром в Хабаровске случился вооруженный разбой. На такие происшествия крайУВД бросает немалые силы. Но на этот раз ему пришлось «раздваиваться», ибо в то же самое время был зафиксирован звонок на вахту Хабаровской академии экономики и права, которого оперативники давно ждали. Поступило очередное сообщение о том, что здание заминировано.

Милиционеры, привыкшие к дурным «шуткам», не имеют права не реагировать и не проводить эвакуацию. Но сейчас, помимо обычных в таких случаях мероприятий, началось и другое: задержание злоумышленника, «подрывавшего» упомянутый вуз уже несколько раз. Вскоре прямо у телефона-автомата виновника взяли с поличным. Вернее, виновницу. Лжетеррористкой оказалась студентка первого курса той самой академии.

В октябре заместитель начальника УВД края К.А. Носков на брифинге поведал журналистам о напасти «телефонного терроризма», захлестнувшего не только Хабаровск, но и некоторые районы края. Мы подробно рассказывали об этом читателям в материале «Телефонный хулиган - «родня» террористу?». Количество ложных звонков о подложенных бомбах в разы возрастает с началом учебного года. Нетрудно предположить, кем являются «шутники». Ущерб они наносят огромный. Ведь помимо отвлечения массированных нарядов милиции, МЧС, пожарных и прочих экстренных служб приходится прерывать занятия в учебном заведении (или работу организации), эвакуировать людей, тщательно проверять каждый уголок, почти заведомо зная, что никакой бомбы нет. Частыми жертвами телефонных «террористов» стали ХГТУ и торговый центр на улице Серышева, 60. Легко представить, во что обходится «обезопасить» такие объекты после ложного сообщения. Не говоря уже о том, что после событий в Беслане и других терактов, недавно потрясших Россию, «шуточки» такого рода являются просто кощунством, которое может зародиться в головах лишь глупых недорослей или людей, не вполне психически нормальных.

Предположения эти полностью подтверждаются результатами работы милиции. В ноябре в Хабаровске задержаны двое подростков, воспитанников детдома, которые решили попробовать телефонную «забаву». Каждого из них удалось вычислить и поймать с первого раза. В поселке Кенай Комсомольского-на-Амуре района поступили несколько звонков о том, что 19 ноября взлетит на воздух местная школа. «Автором», как скоро выяснили правоохранители, был восьмиклассник этой же школы. Еще один задержанный телефонный «террорист» оказался психически больным.

Звонков от шутников-«бомбистов» поступают десятки. Но сотрудники крайУВД, анализирующие ситуацию, знают, что тех, кто звонит, поднимая ложную тревогу, буквально единицы. Просто каждый превратил вредоносную забаву в систему. Например, нет сомнений, что Хабаровский технический университет терроризирует одно и то же лицо. И перспектива у него единственная: сколько веревочке ни виться…

Учитывая недавние «уловы» милиции, можно надеяться, что сообщений о подложенных бомбах станет меньше. Но упомянутый выше случай в академии экономики и права превзошел все предыдущие и заслуживает отдельного рассказа.

Ларисе (имя изменено) на жизнь жаловаться было грех. Отчим - весьма солидный коммерсант. Они с матерью Ларисы последнее время проводили в Германии. Девушка, которой еще не исполнилось 18, жила у тетки в Южном микрорайоне. Став студенткой академии, ездила на занятия в белом «мерседесе» с шофером. Училась, кстати, вполне успешно. Об обычных житейских трудностях говорить не приходится. Но чего-то все же не доставало. Острых ощущений? Или, наоборот, хватало с избытком - презрения к окружавшей ее «мелкой сошке» в лице преподавателей и прочих «некрутых» студентов?

«Мерседес», похоже, оказался тихоходным транспортом. Иначе с чего бы Ларисе систематически опаздывать на первую пару? А отсидев ее, как выяснилось, девушка порой отправлялась… к телефону-автомату, чтобы поставить альма-матер «на уши»: сообщала, что вуз заминирован. Милиция давно засекла «террористку», три ее «выступления» не вызывали сомнений. Девушка не ожидала, что в очередной раз оперативники буквально свалятся ей на голову и схватят за руку. Она растерялась. И честно рассказала о четырех «террористических» звонках. Готова была каяться и далее. Учитывая это, следствие уже приняло решение не знакомить девочку-«мажоршу» с «прелестями» жизни в изоляторе временного содержания. Ведь подозреваемая прежде конфликтов с законом не имела, из приличной семьи и не бездельница. Но тут на помощь Ларисе явились адвокаты.

Не зря говорится: благими намерениями вымощена дорога в ад. Защитники не пожалели сил, чтобы «спасти» Ларису. Беда лишь в том, что делали они это с безапелляционностью, граничащей с непрофессионализмом. А именно: воспользовавшись соответствующей статьей Конституции РФ, дающей право подозреваемому не свидетельствовать против себя, поспешили заткнуть рот «кающейся грешнице», чтоб не наболтала следователям лишнего. Не приняли во внимание, что показания самой Ларисы при существующих уликах принципиального значения уже не имеют. Зато они имели решающее значение при определении ее дальнейшей судьбы. Человек, отказавшийся сотрудничать со следствием, а значит, и не раскаявшийся в своих деяниях, по закону не может рассчитывать на снисхождение. Учитывая печальные последствия Ларисиных «шуток», против нее было возбуждено уголовное дело, а сама она отправлена в камеру ИВС, где и промаялась сутки. Свобода, совершенно бесплатно гарантированная следствием, благодаря вмешательству ретивых адвокатов, обошлась Ларисе и ее семейству в 300 тысяч рублей, которые пришлось внести в качестве залога за ее освобождение из камеры.

Статья 207 УК РФ «Заведомо ложное сообщение об акте терроризма», по которой обвиняют Ларису, предусматривает наказание от штрафа в размере 200-500 минимальных размеров оплаты труда до трех лет лишения свободы. Денежный иск к «шутнице» намерены подать как вуз, чья работа превращалась в хаос благодаря лжеминированнию, так и УВД, УМЧС, а также прочие экстренные службы, чье время, силы и средства столько раз тратились попусту. Так что, скорее всего, упомянутые 300 тысяч рублей - не последние расходы, которые предстоит понести семье. Ко всему прочему, администрация академии намерена отчислить телефонную «террористку», если ее виновность будет подтверждена судом. Не слишком ли дорогая цена для «девичьих забав»?

Но существует и другая, не столь явная сторона дела. Судимость, если таковая состоится, не будет числиться за несовершеннолетней девчонкой, не станет фактором повторности, если Лариса в будущем опять окажется не в ладах с законом. Юридически этот позор после отбытия наказания останется лишь на ее совести. Современное уголовное законодательство старается не портить судьбу однажды оступившимся людям. Но и благодушия оно себе позволить не может. Статья УК, под которую попала студентка, в кодексе лишь через одну отстоит от другой, со зловещим названием «Терроризм», и числится с ней в одной категории преступлений. Лариса не будет значиться в официальных милицейских «черных списках». Но ее имя пожизненно сохранят оперативные учеты, отслеживающие лиц, так или иначе «засветившихся» по части терроризма. А это реальное препятствие для поездок за границу, поступления на престижную работу, связанную с секретностью, вопросами обороны, безопасности, дипломатической деятельностью и многим другим. Любой род занятий или учебы, требующие установленных законом специальных проверок, для Ларисы могут оказаться закрытыми навсегда. Пятно в биографии, отравляющее жизнь, не будет явным, но смыть его окончательно не удастся.

По свидетельству правоохранительных органов, люди, состоящие на оперучетах, согласно служебным инструкциям первыми берутся на подозрение при совершении аналогичных преступлений. Поэтому если и через десять лет к Ларисе явится милиция с вопросом: «А не вы ли намедни звонили про бомбу?» - это будет вполне правомерно и поводов возмущаться не окажется.

Всё вышесказанное касается любого взрослого или подростка, полюбившего «минные шуточки» и уличенного в этом. Для взрослых судимость за телефонный «терроризм», пока не пройдут годы до ее погашения, окажется дополнительной проблемой не только при трудоустройстве и прочих житейских ситуациях, но и серьезным отягчающим обстоятельством в случае нового конфликта с законом.

Кирилл ПАРТЫКА.