У Хабаровска есть возможность войти в историю российской культуры, причем неожиданным образом. Если, конечно, все сложится так, как того требует сверхоригинальная идея.

…Год назад был создан фонд под названием «Историческое наследие Амурского региона». Инициатором его создания стал хабаровский предприниматель Альберт Бабаев. Его единомышленником - специалист-технолог по строительным материалам Анатолий Судаков.

В феврале нынешнего года фонд впервые вышел «в люди» и представил свою программу. В Дальневосточном художественном музее была показана выставка «Шедевры петроглифики» и проведена пресс-конференция, на которой создатели фонда объяснили свои цели и задачи. Тогда собравшиеся впервые увидели точные копии с петроглифов Сикачи-Аляна, перенесенные на пластины из особо прочного материала. Эти личины в стенах музея выглядели экзотично и поражали своей удивительной схожестью с оригинальными, которые были выбиты древними мастерами на базальтовых глыбах. Тогда было представлено четыре «слепка» с сикачи-алянских камней, а президент фонда А. Бабаев, отвечая на вопросы журналистов, рисовал похожую на сказку перспективу создания в Хабаровске невиданного сада камней. Идея эта родилась в его голове, когда он в мае 2001 года побывал в небольшом немецком городке, куда его пригласил директор частного музея. Здесь в то время проходила выставка рельефов разных культурных эпох, на ней были представлены копии шедевров древнего наскального искусства, сделанных в разных частях света. Альберт Леонидович, правда, не нашел среди них известных на весь мир сикачи-алянских писаниц, рисунков, датированных аж XII веком до н.э. Их там и быть не могло по одной причине - никто не знал и не умел снимать с петроглифов такие точные и выразительные копии.

Вернувшись домой, Бабаев проявил интерес к тем самым технологиям, которые применяют в таком необычном копировании. У него скоро появились единомышленники и заинтересованная сторона - Научно-производственный центр по охране и использованию памятников истории и культуры Хабаровского края (НПЦ). Дело в том, что технологии копирования способны послужить еще и «консервации» самих объектов. А для центра это был бы выход из опаснейшей ситуации, в которой оказались почти все наскальные рисунки края - они медленно разрушались.

Петроглифы были обнаружены не только у Сикачи-Аляна, но на Сукпае, на Кие, в Шереметьево, в Ульчском районе. На карте, составленной фондом, это хорошо видно. Надежные технологии консервации камней с петроглифами нигде пока не использовались. Фонд «Историческое наследие» предлагал попробовать применить на месте. Для начала нужна была полная перепись памятников древнего искусства, их учет, состояние, описание, очистка, подготовка проектов охранных зон и т.д. К этому обязывало и постановление губернатора края о необходимости сохранения сикачи-алянских петроглифов (2002 г.).

Так при поддержке центра была проведена экспедиция на сикачи-алянские петроглифы и сняты первые копии с четырех из них. Процесс копирования прошел с успехом. Состоялись выставка, пресс-конференция, где также обсуждалась идея создания в центральном парке города сада камней.

Совсем недавно, в конце октября этого года, Бабаев со своими помощниками вернулся из второй экспедиции в Сикачи-Алян с новыми результатами.

- Я по-прежнему считаю, что на первом месте в нашей совместной с центром работе должна быть проблема сохранения, консервации камней, скальных стен с древними изображениями. Одно другому не мешает, мы продолжаем копирование, сейчас у нас есть 21 изображение петроглифов Сикачи-Аляна, - поделился со мной Бабаев, пригласив в офис фирмы «Ардис», где базируется фонд. - Копирование мы уже освоили, хотя проблемы остаются. Пока достигается точность на уровне человеческого волоса. Все это нанесение, снятие материала - тонкая ручная работа. Материал руками накладывается на очищенную, обработанную личину, он «подсыхает», потом вручную же и снимается.

- А нет ли от этого вреда этим самым личинам? - спрашиваю Бабаева.

- Мы пока вреда не обнаруживаем, да нас ведь контролируют специалисты из центра. Дело в том, что сам копировальный материал даже не соприкасается с изображением, сначала на камень наносится невидимый глазу слой консервирующего состава, получается такая незаметная глазу пленочка, через которую и снимается петроглиф. А сам базальт эта пленочка защищает от воздействия воды, пыли, растительности и даже ударов. Подобные технологии разработаны в других странах с определенными материалами. Мы отвезли кусок родного базальта в Германию и попросили две здешние химические лаборатории провести эксперименты, подобрать подходящую для наших камней «изоляцию», разработать технологию получения такого состава. Они все сделали и передали нам состав, который «работает» до глубины в полтора миллиметра. Камень наш оказался очень плотным, а немцы до этого работали обычно с туфом, поэтому возникали проблемы. Хотя состав позволяет работать и с нашим базальтом, и в следующей экспедиции попробуем снимать даже самые «затертые» рисунки, начнем обрабатывать составом камни и ставить их на консервацию. Нужно, правда, дополнительное, более мощное оборудование, и мы в перспективе сможем сохранить под защитной «пленкой» петроглифы.

- Мы попросили консультации у московских специалистов и пригласили их участвовать в экспедиции, - добавляет Артур Ласкин, заведующий сектором археологии НПЦ, - для того, чтобы убедиться в безвредности консерванта. Под любым покрытием камень должен «дышать», т.е. состав должен обладать паропроницаемыми свойствами. Если все сложится удачно, как нам хочется, то можно будет говорить о том, что найден способ сохранения древнего исторического наскального наследия…

Бабаев, между тем, показывал видеофильм, слайды последней экспедиции, комментировал их и неожиданно предложил «пощупать» только принесенную копию очередной личины. Она оказалась теплой, внутри материала еще продолжался какой-то химический процесс.

- И вот здесь, видимо, в этом уголке офиса нашей фирмы «Ардис» мы устроим выставку копий петроглифов и будем показывать хабаровчанам. Пусть привыкают к нашей затее - будущему саду камней.

Почему именно «Ардис» стал приютом для древних рисунков? И не только приютом, но и главным источником основных материальных расходов? Во-первых, все вдохновители и исполнители идеи работают здесь; среди разных направлений деятельности фирмы есть и производство отделочных материалов, архитектурных декоров. Да и руководитель фирмы одержим идеей сохранения петроглифов.

Идея сада камней возникла одновременно с попытками сохранения петроглифов. В самом деле, для кого и для чего копировать древние личины, где их хранить, кому показывать? Кому вообще нужен склад запыленных раритетов? На той февральской выставке в музее впервые и прозвучали слова «сад камней». Предлагалось это понятие обсудить, взвесить, оценить, убедить общественность в целесообразности. Меня тогда смутила не сама эта идея, а ее предполагаемое воплощение на территории Центрального парка культуры и отдыха, едва ли не под окнами художественного музея. Тем более, что у ближнего его соседа, музея краеведческого, уже есть свой маленький сад камней с изображениями петроглифов.

В это время жители города «привыкали» к новому облику парка. Им понравились новая лестница, аллеи, бордюры, ограждения, но не по душе была некая возникшая пустота в любимом месте отдыха. Хотя дышалось здесь легко и свободно, внизу плескался прохладой Амур. Пустота эта вызывала ностальгию по спиленным деревьям, по убранным аттракционам и т.д.

Что ж, парк пока вдохновляет только художников и поэтов - им по душе способствующая творчеству тишина. Все же это временное его состояние, и после окончания реконструкции возникнет проблема насыщения парка досугово-развлекательными элементами. Сад (или парк) камней - одно из неожиданных и редких предложений фонда «Историческое наследие…». Его поддерживают в краевом НПЦ; идея одобрена двумя министерствами правительства края.

В разных уголках мира еще сохранились наскальные рисунки древних жителей планеты. Наш край в этом смысле уникальный: на его карте россыпь этих драгоценностей. Но кто их знает? Видели эти рисунки в основном ученые-специалисты, иногда настойчивые туристы-экстремалы. Исключение - близкие к Хабаровску сикачи-алянские писаницы, туда можно съездить, посмотреть.

Идея сада камней проста: собрать самые интересные копии петроглифов вместе, разместить их в одном месте, снабдить справочным, познавательным материалом, оформить в нечто целое и показывать это хабаровчанам, жителям края, туристам. Если это удастся сделать, вот тогда Хабаровск войдет в историю, прославится на всю страну, станет первым городом - обладателем такого редкого артефакта.

Бабаев еще не знает, как все это будет названо - садом или парком камней, или как-то еще. Да и не в этом суть. Надо найти самую оптимальную и выразительную форму воплощения идеи. Фонд провел конкурс среди худграфовцев педуниверситета, Бабаев показал мне один из проектов, который близок его замыслам. Возможно, предложения молодого автора этого рисунка надо развить, дополнить. Может быть, для этого стоит привлечь профессионалов? Очень важно воссоздать атмосферу древней исторической ауры, «вписать» в нее сикачи-алянские, шереметьевские, сукпайские и другие древние наскальные изображения.

- Мы тщательно искали место для размещения этой экспозиции в парке, - рассказывает Ласкин и показывает мне квадратик на ситуационном плане. - Пока остановились на этой свободной лужайке за памятником генерал-губернатору. Место это фотографировали, делали эскизные рисунки. Мне кажется, оно подходит больше всего.

Далее Ласкин ушел в глубины истории, рассказывал мне о некоторых изображениях на древних камнях, о дважды обнаруженной археологами птице-загадке, о шереметьевском рисунке-«баклане», изображенном на камне кабане и лежащем под ним очертании человеческого тела… В этих легендах действующими лицами были птицы, звери и люди, жившие очень и очень давно, до нашей эры.

- А чтобы вернуть вас в день сегодняшний, - закончил свой рассказ Ласкин, - рекомендую купить бутылку воды «Дерсу Узала», которую выпускает «Амур-пиво», и посмотреть на этикетку. На ней вверху вы увидите загадочную личину (или маску) из шереметьевских наскальных рисунков. Никто, наверное, не догадывается, что это за знак, символ какой эпохи, какая у него связь с легендарным праведником Дерсу Узала… Но это очень выразительный символ.

Уходя из «Ардиса», я спросил Бабаева о стоимости изготовления одной копии наскального рисунка. Альберт Леонидович сходил за бумагами, нашел общую сумму затрат на первые четыре копии. Получалось, что в среднем копия обходилась в 50-60 тысяч рублей.

- Дело ж в деньгах, мы их на такое дело не пожалеем, к тому же у нас есть надежные друзья, назовите их спонсорами, меценатами. И потому нам по силам устроить для хабаровчан сад камней из древних шедевров.

Александр ЧЕРНЯВСКИЙ.