Те, кто гуляли воскресным вечером по Комсомольской площади в Хабаровске, могли видеть эту картину. Машины с китайскими гражданами подъезжали к смотровой площадке. Китайцы высыпали к литому ограждению и, радостно жестикулируя, показывали пальцами в сторону Большого Уссурийского острова.

Воодушевлены, похоже, все. Президент России Владимир Путин подпевал в Пекине хору, исполняющему «Подмосковные вечера». Китайские мастера искусств исполнили для президента РФ народный танец «радость захмелевшего крестьянина богатому урожаю».

Есть от чего захмелеть. Урожай богат. Только по Большому Уссурийскому острову Китаю отходит 200 квадратных километров российской земли. Все это названо «политическим выигрышем обеих сторон», подписавших соглашение - китайской и российской.

От победных реляций пестрит в глазах. «Теперь на этих территориях, - как заявил министр иностранных дел России Сергей Лавров, - наконец-то можно будет заняться решением социальных и экономических проблем».

...Вот оно, оказывается, что: «наконец-то». Оказывается, все эти пятнадцать лет центр просто мечтал заняться здесь решением социальных и экономических проблем. И вот он, наконец, прорыв.

Но отчего тогда так стыдливо молчат центральные средства массовой информации? Отчего не сообщают на всю страну даже просто подробности: где именно пройдет граница, на каком километре, как в результате изменится судовой ход, какие воинские части придется сократить и отвести, что демонтировать, и прочая, прочая, прочая?

В полном информационном вакууме находятся, оказывается, даже официальные лица:

- Никаких документов еще нет, - сказали нам поочередно сначала в пресс-центре Дальневосточного регионального пограничного управления ФСБ России, потом - в Хабаровском представительстве МИДа РФ, потом - в Амурском бассейновом управлении водных путей и судоходства.

Так же последовательно все официальные лица заверили нас в том, что еще накануне визита Владимира Путина в Китай о таком «крутом вираже» никто и не подозревал. Подумать не мог, информации не поступало.

В такой ситуации, располагая и на сегодняшний день лишь весьма разрозненными и половинчатыми сведениями, мы можем выстраивать версии.

1. Что подвигло президента Путина на столь неожиданное и, главное, внезапное «решение вопроса»?

Некоторые аналитики полагают, что «граната», которая сегодня взорвалась, на самом деле спокойно ожидала своего часа еще с 2001 года - с момента подписания Владимиром Путиным и председателем КНР Цзянь Цземинем «Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между РФ и КНР». Статья 6 этого договора «с удовлетворением отмечает отсутствие взаимных территориальных претензий».

По мнению главного научного сотрудника Института Дальнего Востока РАН, профессора всеобщей истории Юрия Галеновича, этот договор фактически был навязан России китайской стороной и был подписан в рекордно сжатые сроки, без привлечения к его анализу специалистов с российской стороны. «Для того, чтобы лучше понять смысл формулировки (об отсутствии территориальных претензий. - О.Н.), необходимо принять во внимание, что китайская сторона никогда не считала, что у нее были или есть территориальные претензии к нам», - пишет профессор.

Иными словами, согласившись с утверждением, что желание обладать Большим Уссурийским островом (в частности) - вовсе не «территориальная претензия», (а раз так - законное требование Китая), Россия загнала себя в капкан.

«В кругах пекинской интеллигенции... вздохнули с облегчением, ибо не были уверены, что Москва пойдет на подписание такого договора. Однако Пекин сумел так представить ситуацию, а некоторые наши чиновники, пойдя у него на поводу, создали такое впечатление, что Россия находится в слабой позиции относительно КНР, а потому вынуждена подписать любой предложенный Пекином документ».

Заглядывая в будущее, профессор Галенович указывает на то, что нынешняя ситуация - только начало: «Китайская сторона по-прежнему считает, что договорно-правовую основу нашей границы составляют «неравноправные» русско-китайские договоры. А это означает, что люди в КНР воспитываются в убеждении, что мы остаемся исторически территориальными должниками Китая».

Вот под чем фактически поставил свою подпись президент России Владимир Путин в 2001 году. И мы можем предполагать, что с этого момента российский МИД был вынужден вести сложную работу по передаче Китаю того, что, якобы, вовсе «не является территориальным притязанием». В частности - островов Тарабаров и Большой Уссурийский возле Хабаровска. Косвенно это подтверждает и то обстоятельство, что два года назад перешли на «закрытый режим» заседания совместной российско-китайской комиссии по несогласованным участкам госграницы. Самой старой нашей совместной с Китаем комиссии, которая начала заседать еще сорок лет назад, называлась тогда «советско-китайской» и собиралась не реже, чем раз в год. Именно на этой площадке русские и китайцы вели переговоры о судьбе «спорных» территоррий (в том числе возле Хабаровска). Раньше в ее заседаниях принимали участие и представители регионов, где находятся «спорные территории».

- Но два года назад нас перестали приглашать на ее заседания, поэтому я полагаю, что вся подготовительная работа по островам «ушла под ковер», - сказал нам член этой комиссии от Хабаровского края Владимир Симахин.

Итак, работа велась. И, по сведениям «Тихоокеанской звезды», в преддверии визита Путина в Китай она резко активизировалась. Так, за три(!) недели до визита в редакцию звонили капитаны некоторых речных судов. Они уверяли нас, что ловят в эфире на реке странные переговоры:

- Постоянно слышится: «Так, ждем китайских обстановщиков и идем готовить демаркацию», - уверяли нас капитаны судов.

Наши попытки еще тогда же, три недели назад, прояснить ситуацию с таинственной «подготовкой демаркации» успехом не увенчались.

2. Что все-таки остается России?

По сведениям, которыми мы располагаем на сегодняшний день, остров Большой Уссурийский делится примерно пополам. На нашей стороне остается часовня святого мученика воина Виктора, остается ЛЭП-500, граница будет проведена примерно в километре от этой линии. Сельскохозяйственное предприятие «Заря», дачи хабаровчан по-прежнему останутся на нашей стороне. России придется демонтировать укрепрайон, который дислоцировался на острове и в случае войны обязан был удерживать противника в течение 45 минут, давая возможность развернуться остальным воинским частям. Можем предполагать, что сегодня Дальневосточный военный округ ожидает команду о расформировании воинской части. С сожалением можно констатировать, что Китай получил от Хабаровского края и шикарный подарок: дамбу-дорогу, соединяющую Большой Уссурийский и Тарабаров острова.

3. Какие проблемы остаются «в наследство Хабаровску»?

Говорить о них мы сегодня можем лишь в предположительном ключе - из-за отсутствия в заинтересованных ведомствах точных документов и распоряжений. Так, например, до сих пор не ясно, ударит ли «победа российской дипломатии» по Хабаровскому аэропорту. Мы уже не раз писали о том, что как раз над Большим Уссурийским островом проходит глиссада взлета-посадки всех самолетов. И если окажется, что ныне она проходит над китайской территорией, то за каждые взлет и посадку самолета нам придется платить Китаю. Однако поскольку остров все же был поделен пополам, мы не можем пока исключать и того, что российской части острова может хватить нашим авиаторам. Второй и тоже очень болезненный вопрос - русловые проблемы Амура. И об этом тоже не раз писала «Тихоокеанская звезда». Рассказывали мы о том, что из-за действий китайской стороны обмелела протока Казакевичева. А это именно она несла воду из Амура в Амурскую протоку, на которой расположен, кстати, городской водозабор. Проблему предлагалось решить путем углубления протоки Казакевичева, но с этим не соглашалась китайская сторона.

Теперь ситуация изменилась коренным образом. Протока Казакевичева официально передана Китаю и стала его внутренними водами. Стало быть, вопрос обеспечения Хабаровска питьевой водой во многом зависит от того, что станет Китай делать с этой протокой.

Вполне возможно, что Китай сам займется углублением теперь уже своей протоки, ибо этот водный путь им весьма выгодно разрабатывать с экономической точки зрения. Однако с таким прогнозом не согласен руководитель Амурского бассейнового управления водных путей и судоходства Николай Жандаров:

- Я на сто процентов уверен, что китайцы вовсе не намерены углублять в дальнейшем протоку Казакевичева. Вопрос экономической выгоды они, скорее всего, принесут в жертву выгоде политической. Ведь, если вы обратили внимание, в соглашении, которое было на днях подписано в Пекине, никак даже не упоминается совместный российско-китайский протокол от 1994 года о беспрепятственном проходе китайских судов, в том числе и военных, мимо Хабаровска. Значит, никто его не отменял и он по-прежнему действующий документ. Китайские суда будут по-прежнему «беспрепятственно» ходить мимо Хабаровска. А раз так - зачем им углублять протоку Казакевичева?

О последствиях «новой политики» на международной арене даже говорить не хочется.

Поэтому остается повторить вслед за официальными лицами: «Урегулирование приграничного вопроса стало прорывом в политической области». Надо полагать - прорывом в ВТО. Китай гарантировал России поддержку при вступлении в эту организацию.

Правда, единого мнения о такой уж необходимости для России вступать в ВТО до сих пор не было даже у самых маститых российских экономистов. Но это не страшно. В российском парламенте еще недавно тоже не было всеобщего единства. А время показало: проблема - решаема.

Ольга НОВАК.